Полночный детектив полностью

К концу срока наблюдения мой заказчик что-то готовил!

Может, моими пленками хотят свалить Исполнительного директора фонда?..

Дискредитировать и убрать так же, как когда – то министра юстиции, а потом и генерального прокурора…

Но что произойдет в этом случае со мной по окончанию заказа? Оставят в стороне, дадут вернуться к прежним занятиям? Выдадут конторе?..

Я мысленно обозрел выстроенную мною схему.

Кроме версии борьбы внутри фонда за должность его главы, оставалась еще небольшая вероятность того, что в деле замешаны бандиты, из тех, что крышуют российский книжный бизнес. Недаром гвозди, которые я обнаруживал, каждый раз были связаны с поездкой в издательство «Тамплиеры»…

Что ж! Если в дело втянута преступная группировка, тогда все проще!

Мне не придется долгие месяцы томиться в следственном изоляторе в ожидании суда. Бандитам тоже ни к чему огласка – со мной рассчитаются одномоментно с помощью «Макарова» поздно вечером или рано утром прямо в Химках, поблизости от моего подъезда…

Я включил зажигание, развернулся. Не спеша, снова выбрался на трассу.

Все произойдет иначе еще в одном возможном варианте – если мой заказчик засветился и теперь за мной следят менты или ФСБ. Тогда все пойдет по другому сценарию.

Расследование поведет московская милиция или Федеральная Служба Безопасности. Доказать, что именно я установил жучки в квартире элитного дома, будет непросто. Но не значит совершенно невозможно.

Я не мог предусмотреть всего. Где-то наверняка остались отпечатки моих пальцев, кто-то из соседей мог запросто меня вспомнить…

Да мало ли вариантов! Взять хотя бы мою встречу у армянского кафе с нынешним руководителем криминальной милиции в округе.

Пашка Вагин меня видел!..

Казалось бы, чистая случайность. Мало ли почему я мог оказаться, на Северо-Западе! Могли быть тысячи причин. Причем тут подслушка?!

Однако это объяснение хорошо для любителя, но не для профессионала-розыскника!

Наша встреча с Пашкой сама по себе ничего не значит. Она лишь отложилась в его памяти. И будет храниться невостребованной. Но только до тех пор, пока не поступит материал о нарушении неприкосновенности частной жизни, тайном проникновении в чужое жилище и установлении записывающего устройства в квартире элитного дома, расположенного неподалеку от армянского кафе…

И вот тогда наступит момент истины.

Тайное становится явным совсем не потому, что возникают новые свидетели и обстоятельства! Что-то вдруг происходит в головах, и все вокруг внезапно понимают, чьих это рук дело.

Господин подполковник немедленно вспомнит обо мне.

Так же, как мне вчера мгновенно открылось, что кто-то откатил Вагину за его услуги, заказав столик в ночном шалмане, так и он, конечно, просек, что у меня стремное дело в его районе и что заказ этот непростой, поскольку я не хотел, чтобы охранник догадался о нашем с ним знакомстве.

Пашка еще раньше прикинет, что в доме у девушки иоработал профи, частный детектив из бывших розыскников, каких сейчас в Москве навалом, и тут ему ничего не светит. Но во время сеансов прослушивания детектив этот, должно быть, находился вблизи объекта, а мог и ненадолго отдаляться, зайти, например, в близлежащее кафе…

И тут, конечно, Пашка немедленно свяжет вместе свои рассуждения и эту нашу встречу в нескольких сотнях метров от места преступления…

Подумаешь, тайны мадридского двора!..

Сразу станет ясно, почему я оказался рядом с кафе и почему не хотел, чтобы охрана знала о моем знакомстве с начальником криминальной милиции…

Вагин даст указание взять в кадрах архивную фотографию из моего личного дела – не глупец же он, чтобы воспользоваться той, где мы трое – он, Рембо и я! – и предъявит ее лицам кавказской национальности на автостоянке и тем, кто подрабатывает в кафе официантами. Его старший опер пригрозит им отменой московской регистрации, если… Но они и без того расскажут обо мне все, что помнят: как часто, когда и в какое время меня видели в кафе…

Пашка быстро поймет, почему я всегда садился за один и тот же стол, отдергивал занавеску на окне, выходящем на элитное жилище потерпевшей…

Конечно, Вагин не станет требовать моей крови. Корпоративная ментовская дружба не допускает этого…

Но не все будет зависеть только от него.

Потерпевшей стороне буду интересен не я – мой заказчик. На начальника криминальной милиции нажмут сверху. И когда он убедится в том, что я не могу ему в этом помочь, или если заказчик окажется милиции не по зубам, Вагин поневоле вынужден будет сдать меня.

С чем я и мог себя поздравить…

Неожиданно мне стало спокойнее. Я осознал всю сложность своего положения.

«Надо сделать все, чтобы установить моего заказчика…»

Действовать следовало решительно и как можно скорее – до конца срока заказа оставалось совсем немного.

Мне требовалась помощь или, на худой конец, хороший совет, и я знал, где смогу его получить. Если, конечно, рискну впутать Рембо и «Лайнс» в свою авантюру…