– Что?.. А, Турудал Бризад.
– Какой мятущийся, несчастный юноша! В его глазах печаль… или, по крайней мере, в его манерах.
– Разве?
– И что он сказал?
– Он говорил о вражде между вами и канцлером.
– О вражде? Впервые слышу.
– Ну, значит, ее нет.
– Нет-нет, дружок, наверняка есть. Сделайте одолжение, разузнайте о ней для меня, хорошо?
Брис кивнул.
– Разумеется, седа. Если смогу. Это все?
– Все.
– Давайте, я, по крайней мере, помогу вам спуститься.
– Совсем ни к чему, дружок. Кто знает, сколько еще озарений меня ждет?
– А еще вы можете потерять конечности – или сознание.
– Пока мои конечности на месте?
Брис решительно направился к седе, подставив левое плечо под бедра Куру Квана.
– Я вас освобождаю.
– Будьте уверены, дружок, я запомню ваши слова.
– И еще несколько слов я скажу вашим помощникам, когда разберусь с канцлером.
– Не обижайте их, пожалуйста. Они ужасно забывчивые.
– Меня они не скоро забудут.
Сложив руки за спиной, Трибан Гнол шагал по кабинету.
– Какова готовность армии, финадд?
Брис нахмурился.
– Преда Уннутал Хебаз гораздо лучше ответит на этот вопрос, канцлер.
– Она сейчас недоступна, так что я спрашиваю вас.
В кабинете они были вдвоем. Два охранника дежурили в коридоре. Свечи в плошках источали аромат редких коланских пряностей, создавая несколько религиозную атмосферу.
– Согласно предписанию, армия и флот должны находиться в состоянии готовности, канцлер. Резерв запасов достаточен для продолжительной кампании. Как вы знаете, контракты с поставщиками предусматривают, что в случае возникновения конфликта потребности армии обеспечиваются в первую очередь.
– Да, да, финадд. Но мне нужно мнение солдата. Готовы ли солдаты короля воевать? Способны ли?
– Я считаю, что да, канцлер.
Трибан Гнол остановился и взглянул на Бриса блестящими глазами.
– Ловлю вас на слове, финадд.
– Я бы не посмел высказать мнение, канцлер, если бы не был уверен.
Гнол внезапно улыбнулся.
– Прекрасно. Скажите, вы уже нашли себе жену? Видимо, нет, хотя вряд ли есть девушка из благородной семьи, которая не согласилась бы немедленно на такой союз. Приходится жить с прошлым, финадд, и то, как мы справляемся с ним, определяет нашу жизнь.
– Простите, канцлер, к чему вы клоните?
– История вашей семьи, финадд, хорошо известна, и я с глубоким сочувствием отношусь к вам и вашим несчастным братьям. Особенно к Халлу, за которого я искренне беспокоюсь, учитывая его склонность влезать в серьезные дела. Должен признаться, я им недоволен, поскольку не желаю зла вам и вашей родне.
– Меня поражает, канцлер, как щедро вы расширяете список своих забот. Смею предположить, что вы приписываете Халлу слишком большую силу…
– Думаете, я тут раздаю грозные предупреждения? – Гнол небрежно махнул рукой и вновь начал шагать по кабинету. – Я не настолько глуп. Разве охотник на тюленей предупреждает зверя о сети, которую собирается набросить? Вряд ли. Нет, финадд. Только учтите, что больше я не буду расточать сочувствие вам и вашим братьям.
– Рад слышать, – ответил Брис.
Ответом стал ядовитый взгляд.
– Будьте добры закрыть за собой дверь, финадд.
– Разумеется, канцлер.
В коридоре Брис вздохнул. Он не сумел ничего выяснить о предполагаемой вражде между Гнолом и Куру Кваном. Похоже, единственное, чего он добился – пополнил собой список врагов канцлера.
Брис снова вздохнул.
Нет у него невозмутимой целеустремленности Халла. Нет и хитрости Тегола. Он только и умеет, что хорошо управляться с мечом. А что в этом толку, если нападающие орудуют инсинуациями и угрозами в словесном фехтовании?
Пришлось признать, что нужен совет.
А значит – впереди новая дуэль, на этот раз с собственным братом.
По крайней мере, у Тегола нет желания его ранить.
– Мое единственное желание, – с определенным раздражением произнес Тегол, – чтобы ужин начинался с настоящей еды. С этакой основополагающей предпосылки, что есть придется что-то питательное в лучшем смысле слова.
Он поднял один мятый лист, осмотрел его, запихал в рот и начал жевать, сердито разглядывая Бугга.
– Хозяин, для некоторых обезьян листья банана составляют основной источник питания.
– В самом деле? Они еще не вымерли?
– Не знаю. Просто моряк рассказывал однажды в баре.
– Это был пьяница и лжец.
– А, так вы его знаете?
Тегол огляделся.
– Где Ублала? Он мне нужен – пусть Шурк Элаль оценит его…
– Размер?
– Полезность. Где он?
– На крыше. Томится.
– На крыше – хорошо. Томится – плохо. Может, ему нужно с кем-то поговорить, как думаешь?
– С вами, хозяин? Нет.
– Передай еще лист. И не жалей соуса – или что это за хрень.
– Второй вариант правильный.
– Хрень? И ты не знаешь, что это?
– Нет, хозяин. Просто натекло. Может, с листьев, может, еще с чего.
Тегол побледнел и медленно отставил тарелку.
– Мне пришла в голову мысль.
Бугг широко раскрыл глаза и тоже отодвинул тарелку.
– Пожалуйста, хозяин, не надо ее думать.
– Она упорно просится обратно.
– Мысль?
