Через мгновение сумрак перед магом заколебался, сквозь него, словно чернила, пролилась темнота. Возникла фигура – и остановилась в неуверенности.
Женщина, такая же высокая, как эдур, но с кожей цвета полуночи, а длинные распущенные волосы – красноватого оттенка. Зеленые глаза, большие и раскосые, лицо – неожиданно приятное и округлое для существа такого роста. На ней были кожаные штаны и перевязь, а плечи укрывала белая шкура какого-то зверя.
Взгляд женщины закаменел. Она что-то сказала на непонятном языке, в котором Сэрен послышалось отдаленное сходство с языком эдур.
– Вот всегда так, – расстроенно проговорил Корло.
Сэрен решила попробовать эдур:
– Здравствуй. Мы просим простить нас за вторжение в твой мир. Мы не собираемся здесь задерживаться.
Выражение лица женщины не изменилось.
– Предателям здесь и не место.
– Я знаю язык эдур, но они нам отнюдь не союзники. Думаю, в этом мы сойдемся.
– На войне я погибла одной из первых, – ответила женщина, – еще не от рук эдур. Поэтому они и не могут до меня добраться, заставить меня сражаться на их стороне. Меня и таких, как я, им не достать.
– Однако душа твоя заключена здесь, – уточнила Сэрен. – В этом месте.
– Чего вы хотите?
Сэрен обернулась к Стальным Прутьям.
– Она спрашивает, что нам от нее нужно.
– Корло?
Пожав плечами, маг ответил:
– Нам нужно уйти из-под влияния эдур. Так, чтобы они нас не догнали. Потом – вернуться в наш мир.
Сэрен перевела женщине слова Корло.
– Вы – смертные, – ответила она. – И сможете пройти там, где мы неспособны.
– Ты нас проводишь?
– А какова будет моя награда?
– Что ты хочешь получить?
Женщина задумалась, затем покачала головой.
– Нет. Это было бы нечестно. Моя услуга не стоит той цены, которую я хотела попросить. Вам нужен проводник, который доведет вас до границы. Но не буду вас обманывать. Это совсем недалеко. Вы и сами скоро дошли бы.
Сэрен перевела разговор для гвардейцев, потом добавила:
– Странно все это…
– Честная сделка? – усмехнулся Стальные Прутья.
Она кивнула с кривой улыбкой.
– В конце концов, я же летерийка. Честность вызывает во мне подозрения.
– Спроси ее еще раз о цене, – предложил Стальные Прутья.
Сэрен Педак так и сделала. Женщина подняла вверх правую руку, в которой был небольшой предмет, покрытый ржавой коркой.
– К’чейн че’малли, контратаковав, отбросили нас к побережью, загнали в волны. Я была плохим бойцом. И умерла там, в пене на краю моря; мое тело носило приливом у зыбучего берега, пока песок наконец не поглотил его. – Она перевела взгляд на предмет на своей ладони. – Мое кольцо. Призрак принес его мне – многие призраки помогают тем из нас, кто находится вне власти эдур. Я хотела бы, чтобы меня вернули к моим останкам, к тому немногому, что еще не успело исчезнуть. Там я обрету забвение. Но это слишком великий дар, а я так мало могу предложить взамен…
– Как нам исполнить твою просьбу?
– Я сольюсь с кольцом, так что больше вы меня не увидите. Вам нужно будет выйти к морскому берегу и бросить кольцо в волны.
– В этом нет ничего сложного.
– Вероятно. Несправедливость не в сложности, а в неравной цене.
Сэрен Педак покачала головой.
– Мы не видим здесь несправедливости. Наше желание выбраться, на наш взгляд, ничуть не слабей твоего. Мы согласны на сделку.
– Откуда мне знать, что вы не обманете?
Летерийка обернулась к Стальным Прутьям.
– Она нам не доверяет.
Тот шагнул вперед и встал прямо перед тисте анди.
– Аквитор, скажи ей, что я – Поклявшийся из Багровой гвардии. Если ей будет угодно, она может узнать, что это означает. Пусть возложит руку мне на грудь. И скажи ей, что я не нарушу слова.
– Я даже еще не сказала, в чем оно заключается. Она хочет, чтобы мы бросили в море то, что она держит в руке.
– Всего-то?
– Это прекратит ее существование.
– Скажи ей, что она может испытать мою душу.
– Хорошо.
Взгляд женщины стал еще более подозрительным, но она все же шагнула вперед и положила руку на грудь солдата.
И тут же в ужасе отшатнулась.
– Но как… как он мог…
– Вряд ли ты этого ожидал, Стальные Прутья, – заметила Сэрен. – Она в шоке.
– Неважно, – ответил солдат. – Принимает ли она мое слово?
Женщина выпрямилась и кивнула в ответ на вопрос Сэрен.
– Иначе я просто не могу. Однако это чувство… я уже его забыла…
– Какое чувство?
– Печаль.
– Стальные Прутья, – медленно произнесла Сэрен, – что бы ни означало «Поклявшийся», она переполнена… жалостью к тебе.
– Ну да, – сказал он, отворачиваясь. – Всем нам свойственно ошибаться.
– Теперь идите за мной, – призвала их женщина.
– Как твое имя?
– Сандалат Друкорлат.
– Благодарим тебя, Сандалат. Горько сознавать, что мы дарим тебе лишь забвение.
Она пожала плечами.
– Те, кого я любила и кто любил меня, считают, что я умерла достойно. Для горечи здесь нет места.
– Поднимайтесь, ребята, – скомандовал Стальные Прутья. – Сейчас нас поведут.
