– Меня зовут Майен.
– Прошу прощения, Майен. Нереки – слуги Бурука Бледного. По положению – как ваши рабы. Они из племени, ассимилированного когда-то Летером, и теперь работают, чтобы оплатить долг.
– Присоединившись к Летеру, они остались должны?
Сэрен прищурилась.
– Не совсем так, Майен. Там были… особые обстоятельства.
– Да, разумеется. Они часто возникают. – Женщина приложила палец к губам и, похоже, приняла решение. – Ведите меня к этим нерекам, аквитор.
– Простите… Сейчас?
– Да, чем быстрее они воспрянут духом, тем лучше. Или я чего-то не поняла?
– Все так.
– Если, конечно, благословения любого эдур будет достаточно для ваших несчастных дикарей. И не вижу, как это может повлиять на дела колдуна-короля с вами. – Она повернулась к своей летерийской рабыне. – Пернатая Ведьма, пожалуйста, сообщи Урут Сэнгар, что я ненадолго задержусь.
Девушка, названная Пернатой Ведьмой, поклонилась и поспешила к большому дому. Сэрен проводила ее взглядом.
– Майен, если позволите спросить, кто дал ей такое имя?
– Пернатая Ведьма? Оно ведь летерийское? Те летери, которые родились у нас в рабстве, получили имена от своих матерей. Или бабушек, не знаю, как у вас принято. Я даже особо не задумывалась. А что?
Сэрен пожала плечами.
– Древнее имя. Я его слышала всего несколько раз – и только в сказаниях.
– Аквитор, мы идем?
Удинаас сидел на низеньком табурете у дверей и чистил вяленую рыбу. Руки намокли, покраснели и потрескались от соли, в которой хранилась рыба. Он видел, как появилась аквитор, как прошла Майен, а теперь подошла Пернатая Ведьма с озабоченным лицом.
– Эй, должник, – рявкнула она, – Урут в доме?
– Да, но подожди.
– Почему это?
– Она говорит с благородными вдовами. Да, они давно там сидят, и нет – не знаю, о чем они говорят.
– Думаешь, я собиралась тебя спрашивать?
– Как твои сны, Пернатая Ведьма?
Она побледнела и огляделась, словно хотела найти другое место. Однако начал накрапывать дождик, а под навесом крыши большого дома было сухо.
– Ты ничего не знаешь о моих снах, должник.
– Да разве? В них ты приходишь ко мне каждую ночь. Мы с тобой разговариваем. Спорим. Ты требуешь от меня ответов. А потом убегаешь.
Она не смотрела ему в глаза.
– Ты не можешь быть там. У меня в голове. Ты для меня никто.
– Мы падшие, Пернатая Ведьма. Я, ты, призраки. Все мы. Мы пыль, которая вьется у лодыжек завоевателей, шагающих к славе. Со временем мы можем подняться и задушить их, но это какая-то мелкая месть, правда?
– Ты изменился, Удинаас. Я уже не знаю, кто говорит твоими устами.
Он посмотрел на заляпанные чешуей руки.
– Как мне ответить? Что я не изменился? Вряд ли. Но разве это значит, что изменившийся – не я? Ради тебя я сражался с Белым Вороном, Пернатая Ведьма. Я вырвал тебя из его хватки, а ты только клянешь меня.
– Думаешь, я рада, что обязана тебе жизнью?
Он грустно улыбнулся и поднял глаза на Пернатую Ведьму; она смотрела на него, но тут же отвела взгляд.
– А, понимаю, ты оказалась… в долгу. Передо мной.
– Неправда, – прошипела она. – Меня спасла Урут. Ты ничего не сделал, только выставил себя дураком.
– Она опоздала, Пернатая Ведьма. А ты упорно называешь меня должником. Как будто, если часто повторять…
– Замолчи! Не хочу иметь с тобой дела!
– Тебе некуда деваться, хотя если заорешь еще громче, наши головы будут торчать на пиках за стеной. Чего хочет аквитор от Майен?
Пернатая Ведьма помедлила.
– Приветствия нерекам. Они умирают.
Удинаас покачал головой.
– Такой дар должен подносить колдун-король.
– Думай что хочешь, но Майен решила все сделать сама.
Удинаас вытаращил глаза.
– Серьезно? Она с ума сошла?
– Тихо, дурак! – Пернатая Ведьма отшатнулась. – У нее голова забита предстоящим браком. Она готовится в королевы и становится невыносимой. А теперь она благословит нереков…
– Б
– Да, так она сказала. По-моему, даже аквитор изумилась.
– Аквитор – Сэрен Педак?
Пернатая Ведьма кивнула.
Они помолчали, потом Удинаас сказал:
– И что, по-твоему, даст такое благословение?
– Может быть, ничего. Нереки – пропащий народ. Их боги мертвы, дух предков утерян. Только призрак-другой могут прижиться на новоосвященной земле…
– Благословение эдур способно освятить землю?
– Возможно. Не знаю. Могут возникнуть связи. Связи судеб, в зависимости от чистоты родословной Майен, от всего, что ждет ее в жизни, и от того… – Пернатая Ведьма махнула рукой и захлопнула рот.
– Мы с тобой об этом не говорили, – твердо произнес Удинаас. – Я только сказал, что тебе надо подождать, как положено. Не тебе судить, срочное ли сообщение Майен. Мы рабы, Пернатая Ведьма. Мы не принимаем решений и не думаем об эдур и их обычаях.
Она, наконец, взглянула на него.
– Да… Ханнан Мосаг встречается сегодня с летери.
– Знаю.
– Бурук Бледный. Сэрен Педак. Халл Беддикт.
Удинаас печально улыбнулся.
– Если бы ты захотела, к чьим ногам бросила бы плитки?
