Полное собрание сочинений. Том 87 полностью

Получилъ вчера ваше послднее письмо (5). Вс предшествующiя тоже получилъ.

¹ Статью объ искусств пришлю² и отвчу на нкот[орые] пункты посл.

Мы теперь въ деревн: я, Лева, Маша, жена и Саша съ Ваней. ІІослдніе три дутъ въ Москву 10-го, а мы остаемся еще до половины ноября, если Богъ велитъ.

Л. Толстой.

На обороте: Воронежской губ. Россоша Вл. Гр. Черткову.

Публикуется впервые. Открытое письмо. Почтовые штемпели: «Тула 6 окт. 1893 г.», «Россоша 9 окт. 1893 г.» На подлиннике надпись чернилами рукой Черткова: «№ 343. Я. П. 6 окт. 93». Датируется днем, предшествовавшим почтовому штемпелю отправления.

Письмо написано по получении бездатного письма Черткова, обозначенного им № 5 (пятое письмо, начиная с письма 14 сентября, которое Чертков обозначил № 1). Письмо это см. в примечаниях к письму Толстого № 349.

¹ Абзац редактора.

² Ответ на просьбу, с которой Чертков обратился в письме от 14 сентября: «Если вы не думаете браться пока за окончание статьи об искусстве, то пожалуйста пришлите мне ваш беловой экземпляр, который я списал бы и тотчас бы вам вернул: мне легче это сделать по вашему беловому, чем по моему помаранному черновому».

1893 г. Октября 18. Я. П.

Сейчасъ слъ, чтобы писать вамъ съ Пошей и перечелъ ваше послднее письмо. Мн казалось, что тамъ есть много вопросовъ, на к[оторые] надо отвтить, но оказалось, что я на все уже отвтилъ. А написать мн хочется о томъ, что меня радуетъ ваша борьба и успхъ въ ней.

¹ На дняхъ я получилъ книгу Stokham «Koradine Letters».² Это мысли о назначеніи женщины и о духовномъ лченіи, и къ книг есть supplement,³ кот[орое] мн очень понравилось «Creative Life». Мысль этой брошюры, обращенной къ женщинамъ, къ двушкамъ, — но она также относится и къ мущинамъ, — та, что въ извстный періодъ въ человк проявляется какъ бы сверхъ обыкновенная энергія. Она называетъ это «Creative power life» — творческая сила, и человкъ стремится приложить ее. Половое приложенiе — низшее. Человкъ, почувствовавъ эту силу, долженъ знать, чт'o ему нужно, и онъ можетъ творить, и долженъ тотчасъ же прикладывать къ длу эту творч[ескую] силу: строить домъ, садить садъ, лсъ, учить, писать, длать что нибудь новое, чего не было. Я думаю, что это правда, даже отчасти испыталъ это. Трудность тутъ для насъ только въ томъ, чтобы сбить эту творческую силу съ того пути, къ которому она привыкла, и наладить на новый.

Ваша мысль о томъ, чтобы размягчать оболочку, въ которую заключенъ Дрожжинъ, мн очень понравилась. Это истинно христіанская мысль. Я было началъ писать Др[ожжину], но оставилъ; боюсь повредить ему.

⁴ Поша вамъ разскажетъ, чт'o я длаю, и какъ желалъ бы помочь Посреднику.

⁵ Статью объ искусств,⁶ если не послали вамъ, посылаю.

Привтъ всмъ вашимъ.

Любящій васъ.

Л. Т.

Полностью публикуется впервые. Отрывок напечатан в ТЕ 1913, стр. 106—107. На подлиннике надпись чернилами рукой Черткова: «№ 345, Я. П. 18 окт. 93.» П. И. Бирюков, с которым Толстой послал это письмо Черткову, уехал из Ясной поляны 18 октября и это обстоятельство подтверждает датировку, сделанную Чертковым.

Ответ на бездатное письмо Черткова, помеченное им № 5, в котором Чертков писал, что продолжает бороться с чувственными желаниями и ему удается добиваться успеха в этой борьбе. Далее Чертков писал о своем отказе от руководства издательством «Посредник» и о начатом им в связи с делом Дрожжина письме к царю, которого Чертков иносказательно именует «старшим чиновником»: «Относительно моей отставки от управления «Посредником» вы меня не совсем поняли: мне в тягость было по многим причинам не самое дело, а верховное управление им. Перестать же участвовать в нем я, кажется, действительно никогда не могу, буду — слишком сроднился с ним (но не родился с ним). Значение этого дела я никогда не преувеличивал, но допускал слишком большую власть этого дела над моим вниманием.

Письмо о Дрожжине и компании к знакомому старшему чиновнику считаю своим первым делом, после ответа на накопившиеся ко мне неотвеченные еще письма. Не могу спокойно и следовательно целесообразно ничего писать, пока не переложил всех уже полученных писем в разряд отвеченных или безответных. Но письмо это складывается в моем сознании всё больше и лучше и сильнее, и, как надеюсь, если только бог поможет, должно быть убедительным. Записываю кирпичики; когда засяду уже не трудно будет сопоставить их и округлить..... Но, судя по письмам, он очень благополучен. К нему у меня теперь такое чувство: я, как более поверхностный, работаю снаружи на встречу к нему, более существенному, работающему ко мне изнутри. Сойдемся непременно на пол дороге в боге. — Хочу неуклонно копать по мере сил, не только «ходатайствуя» за него, но размягчая по мере возможности ту кору дисциплинарного батальона, которая мне доступна. На этих днях хочу опять съездить к его ротному командиру и свезти для него книг. Последние, которые я ему свез — Эмерсона и Гулливера — ему повидимому не передали. —