И вы на нас грозой хотите?И вы, и вы кинжал остритеОтцу на старческую грудь!Накажет бог когда-нибудь!Припомните, что прежде были.Притом не вы ль мне говорили:«Я б мог давно — но не хочу;Нет, я и извергу не мщу,Нет, я не с варварской душою, —За зло плачу я добротою».Враги ль мы вам? Пусть бог сразит,Кто черный замысел таит!Злодеи ль мы? За что ж хотитеПолуубитого добить?Его старайтесь защитить!..Я знаю: сильному удобноНевинных ранить, — даже сродно...Но тот не человек — злодей!Вы ж покровитель, друг людей, —Держите ж слово — и не мстите,Прошу, кинжала не остритеОтцу на старческую грудь:Ей время в жизни отдохнуть.25 июля 1830<p><strong>НЕИЗМЕНИМОСТЬ</strong></p>Мой друг, любовь нас съединяет,А невозможность разлучает;Иль на роду уж дано мнеЛюбить любезную во сне?А наяву — в тоске, в мученьиС тобою быть, подле сидетьИ лобызать тебя не сметь;И в ожиданьи и в сомненьиИ дни и ночи проводить!..Мы хочем время улучить,Где б можно было мне прижатьсяК трепещущей груди твоей,На снег ланит, на огнь очейГде б мог глядеть и любоваться.Но нет! Подглядливые очиИ тут и там, везде следят;И днем и в час глухой полночиОни нас, друг мой, сторожат.И как укрыться нам от взораНедоброхотливых людей?Как неизбежного дозораНам избежать во тьме ночей?И как завистников тирановИль отклонить, иль обмануть?Какою силой талисмановИх очи зоркие сомкнуть?Но, друг! пускай они глядятНа нас; за нами замечают,Любить друг друга запрещают;Пусть делают что, как хотят.Но мы друг другу верны оба:Любовь моя, твоя — до гроба!То что они, что их дозор,Что нам упрек, что нам позор?Мы стерпим всё: и хоть украдкой,Хоть мыслью, хоть надеждой сладкой. . . . . . . . . . .А всё не запретят любить,Земные радости делить.28 июля 1830<p><strong>ЭЛЕГИЯ</strong></p>
