Когда на играх Олимпийских,В надежде радостных похвал,Отец истории читал,Как грек разил вождей азийскихИ силы гордых сокрушал, —Народ, любитель шумной славы,Забыв ристанье и забавы,Стоял и весь вниманье был.Но в сей толпе многонароднойКак старца слушал Фукидид!Любимый отрок аонид,Надежда крови благородной!С какою жаждою внималОтцов деянья знаменитыИ на горящие ланитыКакие слезы проливал!И я так плакал в восхищеньи,Когда скрижаль твою читал,И гений твой благословлялВ глубоком, сладком умиленьи…Пускай талант — не мой удел!Но я для муз дышал недаром,Любил прекрасное и с жаромТвой гений чувствовать умел.
Между июлем и сентябрем 1818
<p>Князю П.И. Шаликову<a l:href="#comm002100"><sup>*</sup></a></p><p>(При получении от него в подарок книги, им переведенной)</p> Чем заплачу вам, милый князь, Чем отдарю почтенного поэта?Стихами? Но давно я с музой рушил связь И без нее кругом летаю света,С востока к западу, от севера на юг — Не там, где вы, где граций круг, Где Аполлон с парнасскими сестрами, Нет, нет, в стране иной, Где ввек не повстречаюсь с вами: В пыли, в грязи, на тряской мостовой,«В картузе с козырьком, с небритыми усами», Как Пушкина герой, Воспетый им столь сильными стихами. Такая жизнь для мыслящего — ад.Страданий вам моих не в силах я исчислить.Скачи туда, сюда, хоть рад или не рад. Где ж время чувствовать и мыслить? Но время, к счастью, есть любить Друзей, их славу и успехи И в дружбе находитьНеизъяснимые для черствых душ утехи. Вот мой удел, почтенный мой поэт:Оставя отчий край, увижу новый свет,И небо новое, и незнакомы лицы,Везувий в пламени и Этны вечный дым,Кастратов, оперу, фигляров, папский РимИ прах, священный прах всемирныя столицы.Но где б я ни был (так я молвлю в добрый час), Не изменясь, душою тот же буду И, умирая, не забудуМоскву, отечество, друзей моих и вас!
11 сентября 1818
<p>Послание к А.И. Тургеневу<a l:href="#comm002101"><sup>*</sup></a></p>
