Ее отец был при соборе сторож.
Уж с ранних лет нездешнее дитя
Любило снег черемуховых порош.
Став девушкой, взяла она иглу,
Питалась ею, язычком колола,
Живя в подвале, в бедности, в углу,
Спасала честь девичью от укола.
Знакомых было много. Все пшюты,
Как девушка говаривала броско,
Но появился “он”, и он стал “ты”,-
Расцвел пейзаж шаблонного наброска,
Но кто был он? Да царь ее мечты -
Писец с физиономьей недоноска…
Ты пела грустно, я плакал весело?!
Сирень смеялась так аметистово…
Мне показалось: луна заметила
Блаженство наше, – и серебристого
Луча с приветом послала ласково…
Нас луч к слиянию манил неистово…
Сюда, сирены! Оставьте пляски вы!
Оставьте пляски вы, скажите сказки нам
О замках раковин, о рыбках в золоте,
О влажных лилиях, песке обласканном,
Чего вы просите, кого вы молите…
Рассейте грезы, испепелите их!-
Они сжигают, они неистовы.
Такая мука в былых событиях…
Глаза сирени так аметистовы…
Сирены, с хохотом, на маргаритки
Легко упали и сказки начали.
Позабывали мы о нашей пытке…
Твои глазенки во тьме маячили…
Да, вспоминай, как ты бродила
Лениво грубым шагом в долы,
Как тупо над рекой сидела,
Дыша уродливо-устало.
И если вспомнишь это лето,
Его стесняющие латы,
Поймешь, что часто позолота -
Как монумент аэролита.
Она ли взяла меня? Я ли?
Забылось: давно ведь: забылось.
Но кто-то играл на рояле;
Я вспомнил рояль, – и забилось
Былым мое сердце… Дыханье
Вдруг стало и жарче, и суше…
Я вспомнил ее колыханье…
Мнет нервно она мои уши…
И стиснула зубы… И губы
Сжимает своими губами…
Ах, автор! Бесстыдно и грубо
Плясать кэк-уок над гробами.
Сбываются грезы лазоревые,
Сбываются майские сны,
И, снова восторг раззадоривая,
Дарят упоенье весны.
Даль – сказка волшебно олунена,
Танцует незримый прибой,
Все веет палитрою Бунина,
Как северный май голубой.
В чем счастье? Но знать, это надо ли?-
Мы счастливы тем, что живем,
И чувства в восторге запрядали,
А мы их поем да поем.
1909
Сколько горя, и злобы, и жалости,
Если дерзко при встрече кричать -
Этих женщин вульгарные шалости
И проспектный, чудовищный чад.
Вот сейчас (или мне показалось то?),
Оттянув подбородком вуаль,
3 красной шубке сказала: “Пожалуйста -
Если Вам золотого не жаль…”
А глаза – точно вялые финики,
На устах утомленный сарказм…
– Эй, прохожие, изверги, циники,
Слезопийцы, убили бы разом…
Иссосали, расхитили женщину
И швырнули, глумясь, на панель…-
“Не впадайте, милсдарь, в декадентщину”,-
На ходу проворчала шинель.
О, швейцарец обрусевший, – о, Оредеж!
Ты течешь недоуменно, тайно бредишь
О6 утонченных притоках. Звонок, тонок,
Ты опошлился от ласки рек-чухонок.
Ты, альфонс России дряхлой, чисто вымыт
И прилизан, и причесан. Серый климат
Отражается опасно на здоровье…
Хмуришь ты свои леса, как чернобровье:
Так все дико, так все странно чужеводцу.
Мужики к тебе приходят, как… к колодцу.
Господа к тебе приходят, как… к вертепу.
Розе Альпов ли отдаться… курослепу?!
Да, Оредеж, нам твои красоты чужды:
Ведь у нас, великороссов, плоски нужды…
Поневоле о Швейцарии ты бредишь,
Чуждый нам, как мы тебе, альфонс Оредеж.
Наликерьте сердца, орокфорьте мечты,
Всех зовите на “ты”.
Пейте уст алькермес. Ешьте девий дюшес,
Чтоб рассудок исчез…
Ало жальте уста и вонзайте кинжал,
Чтобы бюст задрожал…
Ее муза – конечно, шатенка,
Как певица сама,
И накидка такого оттенка -
Как мечта вне ума…
Улови-ка оттенок, попробуй!
Много знаю я муз,
Но наряд ее музы – особый.
Передать не возьмусь…
Каждая женщина любит неправду,
И комплименты, и лесть.
Если понравишься, – будет награда,
Если прогневаешь, – месть.
Каждая женщина любит измену
И униженья, и… бич.
Женщины любят такие контрасты,
Что невозможно постичь.
Как бездна, страшен мне таинственный кошмар,
И мечутся, как мышь бесперая, химеры;
Как зарево, горит багряный солнца шар,
Молчанье, как удав, и мысли даже серы
От пошлой суеты и всех житейских зол,
Медлительно мой мозг окутавших сетями,
Стремлюсь туда в мечтах, где Аполлон возвел,
Как яркий метеор, дворец парит над нами…
Что пьешь лениво? Ну-ка, ну-ка,
Давай-ка хватим по второй…
Изволь, потешить надо друга;
Ну, будь здоров, любезный мой.
И ты. Закусывай селедкой.
Или вот семгой, – выбирай.
Огурчики приятны с водкой…
Да ты меня не угощай,
Я, братец, сам найти сумею,
Что выбрать: выбор ведь не мал,
А коли в случье охмелею,
Скажу, что ты наугощал.
Ну, ладно там, не философствуй,
