Что ваша жизнь и впрям? Скитайся всё, рыщи
И с горем пополам поесть чего ищи;
А даром и куском не думай поживиться:
Всё с бою должно взять;
А это на какую стать!
Куды такая жизнь годится?
Ведь посмотреть, так в чем душа-та, право, в вас?
Не евши целы дни, вы все как испитые,
Поджарые, худые.
Нет, то-то жизнь-та как у нас!
Ешь не хочу всего, чего душа желает:
После гостей
Костей, костей,
Остатков от стола, так столько их бывает,
Что некуды девать!
А ласки от господ — уж подлинно сказать!»
Растаял волк, услыша весть такую,
И даже слезы на глазах
От размышления о будущих пирах.
«А должность отправлять за это мне какую?» —
Спросил собаку волк. — «Что? должность? ничего! —
Вот только лишь всего,
Чтоб не пускать на двор чужого никого,
К хозяину ласкаться
И около людей домашних увиваться».
Волк, слыша это всё, не шел бы, а летел;
И лес ему так омерзел,
Что про него уж он и думать не хотел,
И всех волков себя счастливее считает.
Вдруг на собаке он дорогой примечает,
Что с шеи шерсть у ней сошла.
«А это что такое,
Что шея у тебя гола?»
— «Так, это ничего, пустое».
— «Однако нет, скажи». — «Так, право ничего.
Я чаю,
Это оттого,
Когда я иногда на привязи бываю».
— «На привязи? — тут волк вскричал. —
Так ты не всё живешь на воле?»
— «Не всё; да полно, что в том нужды?» — пес сказал.
— «А нужды столько в том, что не хочу я боле
Ни за что всех пиров твоих;
Нет, воля мне дороже их,
А к ней на привязи, я знаю, нет дороги!» —
Сказал, и к лесу дай бог ноги.
ОСЕЛ, ПРИГЛАШЕННЫЙ НА ОХОТУ{*}
Собравшись лев зверей ловить,
Осла в числе своих придворных приглашает,
Чтоб на охоту с ним сходить.
Осел дивится и не знает,
Как милость эту рассудить,
Затем что этого родясь с ним не случалось.
И сглупа показалось
Ему,
Что милость льва к нему
Такая
Его особу уважая.
«Вот, — говорит, —
Вся мелочь при дворе меня пренебрегает,
Бранит
И обижает;
А сам и царь,
Мой государь,
Сподобил милости, не погнушавшись мною;
Так, знать, чего-нибудь я стою.
И не дурак ли я, что всё я уступал?
Нет, полно уступать!» — сказал.
Как член суда иной, что в члены он попал,
Судейскую осанку принимает,
Возносится и всех ни за что почитает,
И что ни делает, и что ни говорит,
Всегда и всякому, что член он, подтвердит;
И ежели кого другого не поймает,
Хотя на улице к робятам рад пристать
И им, что членом он, сказать.
В письме к родным своим не может удержаться,
Чтоб членом каждый раз ему не подписаться;
И, словом, весь он член, и в доме от людей
Все член по нем до лошадей.
Так точно и осел мой начал возноситься,
Не знает, как ему ступить;
Сам бодрости своей не рад. Чему-то быть!
Не всякому ослу случится
Льва на охоту проводить.
Да чем-то это всё решится?
Осла лев на охоту брать...
Чтоб с царской милостью ослу не горевать.
Зверей, которых затравили,
Всех на осла взвалили,
И с головы до ног всего
Обвесили его.
Тогда осел узнал, что взят он на охоту
Не в уважение к нему, а на работу.
ПРАЗДНИК ДЕРЕВЕНСКИЙ{*}
Мы в прихотях своих того не разбираем,
Во вред ли, в пользу ли нам то, чего желаем.
Стал праздник годовой в деревне наступать;
Кто празднику не рад? Крестьяне дожидаться,
Всем тем, что надобно на праздник, запасаться
И с радости вперед уже располагать,
Как погулять,
Попировать,
Самим как в гости побывать
И как гостей к себе созвать.
Настал их праздник, и настало
Ненастье с праздником, какого не бывало,
Так что ни вон из изб. А правду всю сказать,
Так для народа
Тогда и погулять,
Как хороша погода.
А тут и дождь, и снег, и град,
Грязь по колени.
Крестьяне в жалобу и в пени;
Никто и празднику не рад,
И к богу вёдра приступили
(Язычники крестьяне были):
«Помилуй, — говорят, — во весь мы круглый год
Покою часу не имеем:
То пашем мы, то жнем, то сеем,
Когда не на себя, так на своих господ.
Неделя нам в году, чтобы повеселиться,
И та вот прахом вся пошла.
Погода до того всё хороша была;
Теперь на улицу не можно появиться».
— «Неблагодарные! — бог вёдра им сказал. —
Не знаете, чего хотите.
Вперед судьбу вы не гневите.
К спасенью вашему я вам ненастье дал;
Хлеб на полях у вас совсем уж пропадал;
Зной выжигал его, а червь его съедал».
СТАДНИК{*}
Какой-то стадник шел
И стадо при себе коней с ослами вел.
Кони как должно выступают;
Ослы шагают не шагают;
Всё понуканья ждут.
Однако же и тут
Не много стадник успевает:
Осел ленивый скот, об этом всякий знает,
Так понукать его не много помогает.
И стадник погонял ослов сперва пешком,
Но наконец, устав, сел погонять верхом:
То пустится за тем, то за другим ослом;
Того, другого понукает;
Но столько же верхом, как пешим, успевает;
И выбился и сам из сил,
И лошадей пристановил.
Так часто господии с дурным слугою бьется,
А за негодного и добрым достается.
ВОИН{*}
Во Франции, никак, я, право, позабыл,
Из воинов один, который заслужил,
Чтоб он пожалован крестом воинским был,
Не получил сего, однако, награжденья,
Хоть часто кавалером стал
Кто от сраженья
Не раз бежал;
Да чрез друзей чего иной не получал?
Прямая иногда заслуга не заслуга,
Когда предстателем кто не имеет друга.
Достойный воин сей свою обиду сносит
И награждения приличного не просит.
Увидев воина, герой
Другой,
Который, с ним служа, не раз при том случался,
