Явились в мир уже давно, – в началеНаивных и мечтательных времен,Венчанный змей, собака, скорпион,Три символа в Персидском ритуале.Венчанный змей – коварство и обман,И скорпион источник разрушенья,Их создал грозный царь уничтоженья,Властитель зла и ночи, Ариман,Но против духов тьмы стоит собака.Ее Ормузд послал к своим сынам, —Когда весь мир уснет, уступит снам,Она не спит среди ночного мрака.Ничтожен скорпион, бессилен змей,Всевластен свет лучистого владыки,Во тьме ночной звучат над миром клики:«Я жду! Будь тверд! Я жду! Благоговей!»<p>Музыка</p>Мы слышим воздушное пенье чудесной игры,Не видя поющего нам серафима.Вздыхаем под тенью гигантской горы,Вершина которой для нашего духа незрима.И чувствуем смутно, что, если б душой мы моглиДостичь до вершины, далекой и снежной,Тогда бы загадки печальной ЗемлиМы поняли лучше, упившись мечтою безбрежной.Но нет, мы бессильны, закрыта звенящая даль,И звуки живые скорбят, умирая,И в сердце обманутом плачет печаль,И, гаснут, чуть вспыхнув, лучи недоступного Рая.<p>Спящая Мадонна</p><p><emphasis>Сассоферрато, в музее Брера, в Милане</emphasis></p>Сонмом духов окруженная,В ярком свете чистоты,Тихим вихрем вознесеннаяЗа пределы высоты,Над уснувшим полусонная,Матерь Бога, это Ты!В безгреховности зачавшая,Вечно-девственная Мать,Сына светлого пославшаяСмертью новый свет создать,Всей душою пострадавшая,Как могла лишь мать страдать!Нерассказанная гением,Неисчерпанность мечты,Сон, зовущий к сновидениям,Просветленные черты,Вечный луч над вечным тлением,Матерь Бога, это Ты!<p>Пред картиной Греко</p><p><emphasis>В музее Прадо, в Мадриде</emphasis></p><p>1</p>На картине Греко вытянулись тени.Длинные, восходят. Неба не достать.«Где же нам найти воздушные ступени?Как же нам пути небесные создать?»Сумрачный художник, ангел возмущенный.Неба захотел ты, в Небо ты вступил, —И, с высот низвергнут. Богом побежденный,Ужасом безумья дерзость искупил.<p>2</p>Да, но безумье твое было безумье священное,Мир для тебя превратился в тюрьму,Ты разлюбил все земное, неверное, пленное,Взор устремлял ты лишь к высшему Сну своему.Да, все монахи твои – это не тени согбенные,Это не темные сонмы рабов,Лица их странные, между других – удлиненные,С жадностью тянутся к высшей разгадке миров.<p>Отверженный</p>Отчаянье исстерзанной души,В свидетели тебя я призываю,Что я не спал в изнеженной тиши,Что я не шел к заманчивому Раю.Я светлого покоя не хотел,Боясь забыть о тех, на ком проклятье,Меня манил мучительный удел,Меня влекли отверженные братья.Не ангелы, а демоны со мнойПечальную дорогу совершили,И дни мои в обители земнойРазвеялись, как груда темной пыли.
