Прозрачное раннее утро дышало весенней прохладой.Вершины деревьев горели под лаской луча золотого.Он шел по заглохшим аллеям забытого старого садаЛюбимую женщину с грустью увидеть в объятьях другого.Он знал ту аллею, в которой они назначали свиданья:Там гуще сплеталися ветви, теснее ложилися тени,И так безотчетно дарили неясное благоуханьеАкации желтые грозди и белые ветки сирени.И он их увидел, где думал. Они говорили, и внятноВесеннее утро будили их юные, смелые речи:А утро уже просыпалось, и ветер ласкал ароматныйЕе непослушные кудри, ее обнаженные плечи.В руках ее – ветка сирени; к губам прижимая неясно,Она отдает ее после с капризной улыбкой другому.О, как он тогда ненавидел, безумно, мучительно, властно,И белую ветку сирени, и неги весенней истому!И сколько стоял он – не помнил. Когда же очнулся, то былоВсе тихо и пусто, и только порою, угрозой несмелой,Еще незаснувшая злоба послушную память будила.И белая ветка сирени на старой скамейке белела.Душистым, проснувшимся ветром пахнуло; листва зашептал;По гравию узкой аллеи, мелькая, забегали тени.Он тихо нагнулся и поднял и, чтобы она не завяла,С собою унес он с улыбкой забытую ветку сирени…<p>30. Летом</p>Георгины на круглом столеПобледнели с потухшим закатом…Вы зайти обещали ко мнеС сен-бернаром и маленьким братом.Я велел принести на балконСтаромодные синие чашки.Мой заброшенный сад напоенАроматом некошеной кашки.Этот милый минутный визитБудет все же почти не визитом!У меня шоколад и бисквит:Двое младших займутся бисквитом!А для вас… а для вас у меняЕсть цветы небольшого букета.Тихий вечер июльского дняИ четыре неясных сонета…Будет тихо… Сквозь ветви березДолетят монотонные стуки…Сен-бернара обиженный носНам уткнется в сплетенные руки…Головенка с большим хохолкомОторвется на миг от бисквита:«Расскажи-ка еще мне, как гномОт колдуньи забрался в корыто!»Шелест листьев… Спадает жара…Я забыл все рассказы про гнома!..Но куда вы? – «Домой. Нам пора.Я давно обещала быть дома».Сен-бернар от восторга хвостомОпрокинет забытые чашки.Торопясь, мы пойдем вчетверомПо ковру темно-розовой кашки.Мальчуган на изглоданном пнеСнимет домик со скользкой улитки.– О, позвольте, пожалуйста, мнеПроводить вас до старой калитки!Я открою… закрою… мелькнетВдалеке ваша шаль голубая…Эта ночь, – она скоро придет…Добрый вечер, моя дорогая!<p>31</p>
