Мы с тобою ее запомнили,Эту медленную весну:Гиацинты на подоконнике,Восковую их белизну.А за ними весь в колких лужицах,Тихий дворик, московский, тот,Что, – прикажет весна, – закружится.Защебечет и зацветет.С Новодевичьего, с соседнего,Мерно пели колокола.И любовь наша тоже медленной,Вот как эта весна, была.Все прилаживалась, примеривалась,Подмерзала то там, то здесь,Чтобы, словно сперва не веря в нас,После вдвое щедрей расцвесть.…Вспоминаешь, и в сердце – лужицы.Гиацинты, колоколаИ та девушка, в косах, в кружевце,Что тобою тогда была.1951<p>120. Молитва на ветру</p>Снова яркий полдень мая,Снова лугом, до реки,Догоняя, обгоняя,Голубые мотыльки.Вешний храм лучист и светел,Словно смерти в мире нет.Но гляди: уж с яблонь ветерНа траву сметает цвет.Он в ветвях снует и плещет,Торопя грядущий тлен,В полотне тугом трепещетУ девических колен.И она, – как песня рядомЛегконога и стройна, —Тоже ветреным усладам,Как на смерть обречена.И о ней мое моленье,На ветру, в полдневный час,В храме вешнего горенья,Истребляющего нас.Пощади, небесный пламень!Знойный ветер, не спеши!Не кидай на хладный каменьЛегкий цвет ее души!1948<p>121</p>Мы жизнь прошли, как поле, рядом,По узкой и прямой меже,И вот белеет дом за садомИ ужинать пора уже.Соломенную шляпку скинув,Прическу поправляешь ты,Я расставляю по каминуНеприхотливые цветы.И это все. Ни клятв, ни бдений.Ни патетических сонат.Лишь голова в твои колени,Притихший дом и спящий сад.И тонкий серп над ближней рощейНам говорит из полутьмы,Что нет прекраснее и прощеТого, что пережили мы.1947<p>122</p>Вспомним вместе, вспомним все сначала!…Утро пело, озеро цвело,Лодка у короткого причалаНадломила легкое весло.А оттуда, где спустясь, опушкаЗагляделась в радужную гладь.Куковала щедрая кукушка, —Было даже и не сосчитать!Что тайком мы оба загадали —В этом мы признались лишь потом,А покуда, сидя на причале,Толковали о совсем пустом.Вот уже былое как в тумане…Но еще с тобою мы не разМилую пророчицу помянем,Что тогда не обманула нас.1951<p>123. Звезды</p>В учебнике учат дети,Что, мол, далеко звезда.Но мне в рассужденья этиНе верилось никогда!Бывало, еще ребенком,Я ночью любил не спать,И звезды легко и звонкоМне сыпались на кровать.Я с черных ветвей каштановИх стряхивал на песок,Я, ими набив карманы,Скупить все на свете мог.С тех пор – мое сердце, правда? —И злым я и черствым был,Но детской веселой правды.Старея, не позабыл.И пусть на земле все низко.А в небе все высоко.Я знаю, что звезды – близкоИ встретиться нам – легко.1950<p>124. Голос мира</p>
