О страсть! — Страсть! — Страсть!

12 июля 1921

<p>6. «А девы — не надо…»</p>

А девы — не надо.

По вольному хладу,

По синему следу

Один я поеду.

Как был до победы:

Сиротский и вдовый.

По вольному следу

Воды родниковой.

От славы, от гною

Доспехи отмою.

Во славу Твою

Коня напою.

Храни, Голубица,

От града — посевы,

Девицу — от гада,

Героя — от девы.

13 июля 1921

<p>7. «О всеми ветрами…»</p>

О всеми ветрами

Колеблемый лотос!

Георгия — робость,

Георгия — кротость…

Очей непомерных

— Широких и влажных —

Суровая — детская — смертная важность.

Так смертная мука

Глядит из тряпья.

И вся непомерная

Тяжесть копья.

Не тот — высочайший,

С усмешкою гордой:

Кротчайший Георгий,

Тишайший Георгий,

Горчайший — свеча моих бдений — Георгий,

Кротчайший — с глазами оленя — Георгий!

(Трепещущей своре

Простивший олень).

— Которому пробил

Георгиев день.

О лотос мой!

Лебедь мой!

Лебедь! Олень мой!

Ты — все мои бденья

И все сновиденья!

Пасхальный тропарь мой!

Последний алтын мой!

Ты, больше, чем Царь мой,

И больше, чем сын мой!

Лазурное око мое —

В вышину!

Ты, блудную снова

Вознесший жену.

— Так слушай же!..

14 июля 1921

(Не докончено за письмом.)

<p><8>. «Не лавром, а терном…»</p>

Не лавром, а терном

На царство венчанный,

В седле — а крылатый!

Вкруг узкого стана

На бархате черном

Мальтийское злато.

Нетленные иглы

Терновые — Богу

И Другу присяга.

Высокий загиб

Лебединый, а с боку

Мальтийская шпага.

Мальтийского Ордена

Рыцарь — Георгий,

Меж спящими — бдящий.

Мальтийского Ордена

Рыцарь — Георгий,

На жен не глядящий…

Июль 1921

<p><9>. «Странноприимница высоких душ…»</p>

Странноприимница высоких душ,

…………………………………………

Тебя пою — пергаментная сушь

Высокодышащей земли Орфея.

Земля высокомерная! — Ступню

Отталкивающая как ладонью,

Когда ж опять на грудь твою ступлю

Заносчивой пятою амазоньей —

Сестра высокомерная! Шагов

Не помнящая………….……….

Земля, земля Героев и Богов,

Амфитеатр моего Восхода!

Июль 1921

<p>Благая весть</p>

С. Э.

<p>1. «В сокровищницу…»</p>

В сокровищницу

Полунощных глубин

Недрогнувшую

Опускаю ладонь.

Меж водорослей —

Ни приметы его!

Сокровища нету

В морях — моего!

В заоблачную

Песнопенную высь —

Двумолнием

Осмелеваюсь — и вот

Мне жаворонок

Обронил с высоты —

Что за морем ты,

Не за облаком ты!

15 июля 1921

<p>2. «Жив и здоров…»</p>

Жив и здоров!

Громче громов —

Как топором —

Радость!

Нет, топором

Мало: быком

Под обухом

Счастья!

Оглушена,

Устрашена.

Что же взамен —

Вырвут?

И от колен

Вплоть до корней

Вставших волос —

Ужас.

Стало быть, жив?

Веки смежив,

Дышишь, зовут —

Слышишь?

Вывез корабль?

О мой журавль

Младший — во всей

Стае!

Мертв — и воскрес?!

Вздоху в обрез,

Камнем с небес,

Ломом

По голове, —

Нет, по эфес

Шпагою в грудь —

Радость!

16 июля 1921

<p>3. «Под горем не горбясь…»</p>

Под горем не горбясь,

Под камнем — крылатой —

— Орлом! — уцелев,

Земных матерей

И небесных любовниц

Двойную печаль

Взвалив на плеча, —

Горяча мне досталась

Мальтийская сталь!

Но гневное небо

К орлам — благосклонно.

Не сон ли: в волнах

Сонм ангелов конных!

Меж ними — осанна! —

Мой — снегу белей…

Лилейные ризы,

— Конь вывезет! — Гривой

Вспенённые зыби.

— Вал вывезет! — Дыбом

Встающая глыба…

Бог вынесет…

— Ох! —

17 июля 1921

<p>4. «Над спящим юнцом — золотые шпоры…»</p>

Над спящим юнцом — золотые шпоры.

Команда: вскачь!

Уже по пятам воровская свора.

Георгий, плачь!

Свободною левою крест нащупал.

Команда: вплавь!

Чтоб всем до единого им под купол

Софийский, — правь!

Пропали! Не вынесут сухожилья!

Конец! — Сдались!

— Двумолнием раскрепощает крылья.

Команда: ввысь!

19 июля 1921

<p>5. «Во имя расправы…»</p>

Во имя расправы

Крепись, мой Крылатый!

Был час переправы,

А будет — расплаты.

В тот час стопудовый

— Меж бредом и былью —

Гребли тяжело

Корабельные крылья.

Меж Сциллою — да! —

И Харибдой гребли.

О крылья мои,

Журавли-корабли!

Тогда по крутому

Эвксинскому брегу

Был топот Побега,

А будет — Победы.

В тот час непосильный

— Меж дулом и хлябью —

Сердца не остыли,

Крыла не ослабли,

Плеча напирали,

Глаза стерегли.

— О крылья мои,

Журавли-корабли!

Птенцов узколицых

Не давши в обиду,

Сказалось —

Орлицыно сердце Тавриды.

На крик длинноклювый

— С ерами и с ятью! —

Проснулась —

Седая Монархиня-матерь.

И вот уже купол

Софийский — вдали…

О крылья мои,

Журавли-корабли!

Крепитесь! Кромешное

Дрогнет созвездье.

Не с моря, а с неба

Ударит Возмездье.

Глядите: небесным

Свинцом налитая,

Грозна, тяжела

Корабельная стая.

И нету конца ей,

И нету земли…

— О крылья мои,

Журавли-корабли!

20 июля 1921

<p>Возвращение вождя</p>

Конь — хром,

Меч — ржав.

Кто — сей?

Вождь толп.

Шаг — час,

Вздох — век,

Взор — вниз.

Все — там.

Враг. — Друг.

Терн. — Лавр.

Всё — сон…

— Он. — Конь.

Конь — хром.

Меч — ржав.

Плащ — стар.

Стан — прям.

16 июля 1921

<p>«Благоухала целую ночь…»</p>

Благоухала целую ночь

В снах моих — Роза.

Неизреченно-нежная дочь

Эроса — Роза.

Как мне усвоить, расколдовать

Речь твою — Роза?

Неизреченно-нежная мать

Эроса — Роза!

Как…… мне странную сласть

Снов моих — Роза?

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Цветаева, Марина. Сборники

Похожие книги