Игумен Антоний принимал заинтересованное участие в устройстве дел монахини Августы и Елизаветы Шаховой, за что святитель Игнатий не раз благодарил его и передавал благодарности «стариц», как их иногда называли оба корреспондента в переписке. Скитания Е. Шаховой закончились в тверском Рождественском монастыре, где по ее словам, игумения Мария Игнатьева «совершенно успокоила у себя». Здесь в 1863 г. Елизавета Шахова приняла постриг в мантию [181]. «Спаси Вас Господи, — писал Святитель игумену Антонию 21 февраля 1864 г. — за любовь и внимание, которое Вы оказываете монахине Марии Шаховой. И на ней можно видеть, как направление по учению святых Отцов в наше время нетерпимо. Не терпят его от того, что чужды ему, не знают его, не изучали его, нисколько не занялись им. Говорят, что ныне в книжных лавках обеих столиц вовсе прекратился расход на духовные книги или он так мал, что можно признать его прекратившимся. Всему, что сказано в Писании, подобает быть» [182].
Продолжавшаяся оживленная переписка учеников святителя Игнатия — игумена Антония и матери Марии — двух монахов-писателей, помимо вопросов духовного характера касалась литературных тем. В 1860 г. Е. Шахова начинает печататься: в журнале «Странник» она публикует жизнеописание схиигумении Старо-Ладожского Успенского монастыря Евпраксии [183], а в 1862 г. вновь выступает как поэт со стихотворными переложениями песнопений Пасхальной утрени [184]. {стр. 269} Вероятно, в конце июля или начале августа 1864 г. игумен Антоний и мать Мария вместе посещают святителя в Бабаевском монастыре, где он находился уже на покое. Судя по письму Преосвященного, посланного игумену Антонию сразу после отъезда последнего, основной темой общих разговоров были стихи игумена Антония, с которыми, скорее всего, по инициативе матери Марии впервые познакомился Святитель. «Искренне благодарю Вас за посещение меня, грешного: этим посещением доставлено мне сердечное утешение. Особенно признателен Вам за то, что Вы захотели познакомить меня со стихотворениями Вашими, с Вашим прекрасным талантом, которому даю всю справедливую цену. Мать Мария, по отъезде Вашем, еще прочитала мне некоторые сочинения Ваши» [185].
Встреча с учениками, наделенными поэтическим даром, вдохновляет Святителя, и свое письмо он украшает богословским рассуждением о Слове, где в частности пишет: «Все дары Бога человеку достойны уважения. Дар слова несомненно принадлежит к величайшим дарам. Им уподобляется человек Богу, имеющему Свое Слово. Слово человеческое, подобно Слову Божию, постоянно пребывает при отце своем и в отце своем — уме, будучи с ним едино и вместе отделяясь от него неотдельно… Божественная цель слова в писателях, во всех учителях, а паче в пастырях — наставление и спасение человеков: какой же страшный ответ дадут те, которые обратили средство назидания и спасения в средство развращения и погубления!» [186] Святитель, обращается к игумену с призывом, «подвергнуть собственной строгой критике свои сочинения» и, «при свете совести, просвещенной молитвою покаяния», извергнуть беспощадно из них все, «что принадлежит к духу мира, что чуждо духу Христову». «Судя себя и рассматривая себя, Вы увидите, — продолжает он, — что каждое слово, сказанное и написанное в духе мира сего, кладет на душу печать свою, которою запечатлевается усвоение души Миродержцу» [187].
Напутствие святителя Игнатия игумену Антонию в его литературном труде в полной мере было воспринято и матерью Марией. Хотя после принятия монашества и до конца 1860-х годов она опубликует только жизнеописание игумении Марии Тучковой [188], но будет продолжать писать и стихи. Параллельно пе{стр. 270}реписке матери Марии с игуменом Антонием возникает их стихотворная «переписка» 1865–1869 годов, объединенная матерью Марией в цикл «Поэтический телеграф». Так ее стихотворный ответ, написанный на стихотворение игумена «Пастух-бандурист», к которому мать Мария приложила свой сборник первого издания и рукописи стихов, начинался словами:
Именно в эти годы поэзия матери Марии достигает того равновесия формы и содержания, которого ждал от поэтического слова святитель Игнатий.
В одном из посланий игумен Антоний предложил матери Марии воспеть «истинный идеал» — их учителя. В ответном послании мать Мария говорит о том, что недостойна «воспеть великого отца» и предлагает это сделать самому игумену:
