— Аркадий Викторович, — начал было фразу Илья, но несчастный отец с силой ухватил его за отворот куртки.
— Я тебя спрашиваю, где Алина?! — яростно заорал Кноль.
Стоявшие вокруг люди притихли. В образовавшейся тишине был отчетливо слышен какой-то странный звук, совершенно нечеловеческий, скорее напоминающий птичий клекот. Звук этот, как казалось Лунину, вырывался не из перекошенного рта Аркадия Викторовича, а шел прямо из его грудной клетки. Сам Кноль при этом всем телом раскачивался из стороны в сторону, беспрерывно перенося вес с одной ноги на другую и обратно. Крепко стиснутые руки полковника по-прежнему не отпускали куртку Ильи, которому невольно тоже приходилось покачиваться то вправо, то влево.
— Аркадий Викторович, — более настойчиво повторил Лунин, предпринимая не слишком решительную попытку освободиться от захвата.
Взгляд Кноля, окончательно остекленевший, бессмысленно скользнул по лицу следователя, а нервно дернувшиеся губы вместе с брызгами слюны выбросили очередной вопрос:
— Где? Где она?
Спас Илью Зубарев. Набрав полную пригоршню снега, он буквально ткнул ее в лицо Аркадию Викторовичу, а когда тот, на мгновение потеряв ориентацию, ослабил хватку, стремительным броском отправил полковника на землю. Бросившись на него сверху, оперативник не позволил Кнолю вновь вскочить на ноги.
— Ты полежи, полежи лучше, — убеждал вырывающегося полковника Вадим, наваливаясь на несчастного отца всем телом, — на вот тебе еще снежку, охолонись.
Спустя полминуты возня затихла. Еще какое-то время оба сплетенных тела лежали неподвижно, затем затянутая в кожаную перчатку рука похлопала Зубарева по спине, признавая поражение. Оперативник отпрянул в сторону, все еще готовый к новому проявлению агрессии, но полковник лежал на спине неподвижно, широко раскинув руки и уставившись в нависающее над ним равнодушное небо. Несколько секунд спустя, стянув перчатку с правой руки, он вытер с лица уже начавший таять снег, затем, все еще оставаясь в лежачем положении, жалобно произнес:
— Я вас очень прошу, дайте мне взглянуть на мою дочь. Хотя бы с нескольких шагов.
Прежде чем Лунин успел что-либо ответить, Кноль торопливо добавил:
— Если вы опасаетесь, что я опять не смогу себя контролировать, пристегните меня наручниками… вон к нему.
Полковник взглядом указал на стоящего с другой стороны от него Зубарева.
— Я думаю, что вполне могу пойти вам навстречу, — миролюбиво отозвался Илья. Наклонившись к полковнику, он протянул руку, чтобы помочь Кнолю подняться. — Только сперва хотелось бы кое-что уточнить.
— Что именно?
Вновь оказавшись в вертикальном положении, Кноль уже не выглядел таким беззащитным, а потому, прежде чем продолжить, Илья бросил предупреждающий взгляд на Зубарева.
— Насколько я знаю, вы сегодня встречались с господином Аглиуллиным.
— С кем? — искренне удивился полковник.
— Если фамилия вам ничего не говорит, то этого мужчину зовут Ринат, и он передвигается на белом «ренджровере», — уточнил Лунин. — Хотелось бы узнать коротко об итогах этой встречи и о том, что сейчас с господином Аглиуллиным? Он, вообще, жив?
— Ах, этот, — криво улыбнувшись, Аркадий Викторович виновато взглянул на Лунина, — чего с ним станется? Хотя, конечно, чуть было не взял грех на душу.
— Так все же, где он сейчас находится? — настойчиво поинтересовался Илья.
— В гараже, — неохотно отозвался Кноль, — я с ними Олега оставил, чтоб присматривал.
— С ними? — удивился Лунин.
— Еще и пацана в это дело втянул, — почти одновременно с ним возмутился оперативник. — Вообще головой ослаб? И кто у тебя еще там, кроме Рината?
— Местный один, с заправки. Михайлов. Дамира одноклассник. — Выражение лица Кноля сделалось вдруг испуганным. — Вы поймите, Олег ни в чем не виноват. Это все только я. А он что, он просто остался посидеть с ними покараулить. Можно же позвонить ему прямо сейчас, он их и выпустит.
— Звони быстро! — потребовал Зубарев и, патетично закатив глаза к небу, задал вопрос только одному ему известному собеседнику: — Неужели, чтобы стать полковником, надо обязательно в идиота превратиться?
Аркадий Викторович торопливо выхватил из кармана смартфон и несколько раз ткнул пальцем в клавиатуру.
— Идут, — облегченно улыбнулся он Лунину, — гудки идут! Сейчас ответит!
— Скорей бы уж, — нетерпеливо проворчал Вадим.
— Алло, сынок! — закричал, прижимая телефон ко рту, Аркадий Викторович. — Ты меня слышишь? Отпускай их! И Рината, и этого, второго, Михайлова. Обоих! Это не они. Я все узнал… Тут, оказывается, так случилось…
Полковник вдруг осекся, Илья увидел, как на лице полковника появилось выражение дикого, отчего-то зачастую называемого животным, ужаса.
— Сынок, — простонал в телефонную трубку Кноль, — сына…
