– Ещё как пойдёшь! А если будешь задирать хвост, я шепну кому надо, что это ты обокрал Аугусто. Ты что, забыл, что там остались следы твоей крови?…
– Не ври, Уго, – вмешался Вашингтон. – Аугусто никуда не заявлял о краже.
– Заткнись! Свидетели есть, понятно?
Женуина и Тулио переживали медовый месяц. Теперь, когда Мерседес съехала, а Родриго пропадал по нескольку дней, они чувствовали себя в доме Женуины, как подростки в отсутствие родителей.
У Тулио не было проблем с Лоуренсо, а о проблемах Кима он, поглощённый своей любовью, не догадывался, поэтому полдня Тулио проводил у Женуины, а вечером возвращался к себе, чтобы побыть с детьми.
Женуина очень похорошела. Движения её стали лёгкими, глаза светились мягким светом. Зели подновила все её платья, и теперь Женуина уже не ходила в юбке с обвисшим подолом и неизменной белой кофточке, которую она стирала по вечерам, а днём прикрывала шёлковой косынкой с кистями, чтобы скрыть ветхость.
– Ты знаешь, – сказала Женуина, накрывая к завтраку стол, – я поняла одну истину, и это понимание принесло мне радость. Я поняла, что на свете существуют не только Родриго и Мерседес…
– Скажи это им.
– Скажу обязательно. Я делала всё, как надо: работала, учила их добру, а меня обвинили во всех несчастьях.
– Мерседес, к сожалению, всегда была несправедлива к тебе.
– А Родриго? Почему я должна краснеть за него перед Флавией?
– Можешь не краснеть больше. У Флавии роман с Jloyренсо, и они, кажется, счастливы.
– Слава Иисусу! Гора с плеч. Ведь Флавия сирота и я никогда не позволила бы Родриго унизить, обидеть её. Кроме того, я всегда на стороне женщины.
– Но что бы у них, ни происходило – это касается только их. У нас своя жизнь, Жену… Ты знаешь, мне страшно спугнуть наше счастье… Я сейчас так счастлив! Мне кажется, будто я вновь родился и меня ждёт великолепный неведомый мир. Но только мы вместе должны бороться за то, что принадлежит только нам… Ты понимаешь, о чём я говорю?
– Мне кажется – да. Я ведь формально замужем. И ещё одно… я не хочу иметь от тебя тайну… Мне кажется, что на свадьбе Мерседес я видела Диего…
Тулио поперхнулся кофе.
– А тебе не померещилось?
– Нет. Помнишь, я ушла одна в сад?… И вот за деревом прятался человек, очень похожий на Диего. А потом он исчез.
– Тебе показалось…
– Возможно. А возможно, и нет. Тулио, пожалуйста, не приходи ко мне поздно… я… ты понимаешь – злые языки. Одна Эмилия чего стоит!
– Далась тебе эта Эмилия. Все знают, что она собой представляет. И потом, ты – свободная женщина, я – свободный мужчина…
– Я не свободная, – грустно сказала Женуина и пригорюнилась.
– Хорошо-хорошо, то есть плохо… Нельзя приходить поздно – сделаем из утра ночь.
– Тулио!
– Но мы только полежим рядом. – Тулио повлёк её за собой в спальню.
– Да, я всё собираюсь тебе сказать, что это не та кровать, на которой мы…
Но Тулио остановил её поцелуем.
Их забытьё прервал возглас Родриго: «Мама!»
Родриго стоял на пороге спальни.
Женуина села, натянув до подбородка простыню. Тулио повернулся спиной к двери и укрылся с головой. Сюжет был, что называется, пикантный. Когда-то Родриго побывал в такой же ситуации, только в дверях стоял взбешённый Алваренга, а он, сопляк, подросток, судорожно натягивал брюки.
Кажется, Родриго понял, что испытывал Алваренга, увидев свою дочь в любовных объятиях. Но странно, он не помнил своей растерянности и унижения!
– Сынок, я думала, ты на работе. Я даже представить не могла… – лепетала Женуина.
– Это уж совсем ни на что не похоже! В нашем доме! В твоей спальне! В постели, которую ты когда-то делила с моим отцом! – Гнев Родриго был неподделен.
– Нет, ты не прав! Я уже давно купила новую кровать. – Женуина чуть не плакала от стыда.
– Чего ты добиваешься, мама? Чтобы дона Эмилия и наши соседи кричали на всех углах, чем ты занимаешься теперь, когда твои дети покинули дом?
И тут не выдержал Тулио. Он встал, закутавшись в простыню, напомнив римского сенатора.
– Никто не посмеет так сказать. Потому что это жестоко и несправедливо! А потом, твою мать здесь все знают и уважают. Тебе самому это хорошо известно. Кроме того, она одинокая женщина и имеет право жить, как ей хочется!
– А вам следовало быть более скромным! Вы понимаете, каково мне было на это смотреть? Понимаете? – не унимался Родриго.
– Ты прав, Родриго. Мы все действительно оказались в неловком положении. Но так получилось случайно. Я ни в коем случае не хотел плохого. Отнесись к ситуации с юмором.
– Дело в том, что я тоже живу в этом доме! И поэтому могу здесь появляться в любое время! Или теперь мне это уже не положено? Ничего себе юмор!
– О чём ты говоришь? Что это за тон ты взял?! Никто не собирается выгонять тебя из дома. – Женуина тоже оправилась от шока. Натянула халат.
– Мы собираемся пожениться! – гордо сказал Тулио.
– Пожениться? Вот как?
– Но ты всё равно будешь жить здесь, Родриго, – торопливо добавила Женуина.
– Да? Вы очень великодушны.
– Послушай, я буду жить здесь с твоей матерью, а ты можешь перебраться к Киму и Лоуренсо. В любом случае у нас может получиться настоящая семья.
