– Где я третий лишний. Спасибо! Ведь это твой дом так, мама? И ты можешь поступать, как тебе заблагорассудится. Например, можешь принимать и прогонять тех, кого сочтёшь нужным!
– Родриго, сынок, этот дом принадлежит всем нам!
– Нет! Я не буду вам мешать. Я зайду за вещами потом.
– Родриго, куда ты собрался?
– Я сам позабочусь о себе, мама.
– Я не хочу, чтобы ты уходил.
– По-моему, мне пора искать другое жильё. Я уже достаточно взрослый, чтобы присутствовать при подобных сценах.
И Родриго удалился с видом оскорблённой добродетели.
Тулио и Женуина долго молчали, не решаясь взглянуть в глаза друг другу. Первой пришла в себя Женуина.
– Я не обязана отчитываться перед собственным сыном. Это дети должны отчитываться передо мной. Я ещё поговорю с ним. Пусть немного остынет. Нам с ним обоим не мешает остыть, чтобы не наговорить друг другу такого, о чём потом придётся пожалеть, правда?
– Правда, моя умница. И всё же… всё же… иди ко мне.
А Родриго позвонил Рутинье и пригласил её на ленч.
– Здесь пекут отличный хлеб. Попробуй его с баклажанной икрой и сметаной. Просто пальчики оближешь. Подожди, нам ещё принесут запечённого цыплёнка. Такого ты в жизни не пробовала! – Он вёл себя как завсегдатай.
– Я не знала, что ты такой поклонник индейской кухни.
– А я прочитал об этом в кулинарной книге у тебя дома и решил сходить сюда, чтобы проверить, совпадают ли у нас вкусы. Мне нравится обедать с тобой. Мы могли бы совершить целое путешествие в гастрономический мир.
– Ты хочешь обедать так каждый день? Но я не могу. Я должна кое в чём отказывать себе, чтобы сохранить фигуру.
– Кстати, она мне очень нравится… Я тоже не могу каждый день ходить в рестораны. Мне нужно экономить. Я должен найти себе квартиру.
– Ты уходишь из дома?
– Я уже ушёл! Я поссорился с матерью. И на этот раз – всерьёз. Я больше не смогу жить вместе с ней. Правда, за жильё берут бешеные деньги. Поэтому сначала я буду жить в какой-нибудь комнате, а потом найду себе квартиру подешевле.
Рутинья ничем не выдала радости. Тоном друга она упрекнула:
– Даже думать об этом не смей! Ты можешь пока перебраться ко мне.
– Мне не хочется тебя стеснять. Не волнуйся, я как-нибудь выкручусь.
– Если бы ты меня стеснял, я бы не стала себя приглашать.
– Но ты же, сама сказала, что предпочитаешь спать одна.
– С чего ты взял, что я приглашаю тебя ко мне в постель? Я же не замуж выхожу. У меня есть две отличные комнаты для гостей. А потом, это ведь, не насовсем.
– Если ты так добра, я не в силах отказаться.
А в это время в аэропорту Рио произошёл не замеченный никем, кроме участников, инцидент.
Жордан и Китерия провожали новобрачных в свадебное путешествие. Но во время паспортного контроля с паспортом Дугласа произошла заминка. Затем появился представитель иммиграционной службы и вежливо заявил Дугласу, что ему запрещён выезд из Бразилии.
– Господи, что это значит? – воскликнула Мерседес.
– Извини, Мерседес, я очень тебя люблю. И у тебя сегодня начинается свадебное путешествие. Но мне не нужно было тебя провожать. Почему я только не прислушалась к моей интуиции? – подлила масла в огонь Китерия.
Но Мерседес вновь стала «странствующей королевой».
– Если через пять минут его не отпустят, я сама пойду и разберусь. Ерунда какая-то! – Она уже направилась к офису, но тут из двери появился Дуглас.
– Ничего страшного! Всё уже в порядке, – объявил он спокойно.
– Значит, мы полетим следующим рейсом? – спросила Мерседес.
– Едем домой. Вы никуда не летите, – вместо сына ответил Жордан.
– Мне запрещено выезжать из Бразилии, – подтвердил Дуглас.
– Почему? – Мерседес растерялась.
– Тогда зачем ты сказал, что всё в порядке? Ничего не понимаю! – Китерия играла на публику.
– Дуглас, объясни, что это значит? – Мерседес отвела мужа в сторонку.
– Дело в том, что я отвечаю по долговым обязательствам. Пока я этого не сделаю, меня не выпустят за границу.
– О каком долге ты говоришь? Кому ты должен? Какую сумму?
– Я приобрёл недвижимость.
– Ты купил для нас с тобой тот дом?
– Нет. Я приобрёл недвижимость в другой раз.
– Что ты купил, почему я ничего не знаю? Значит, вы решили не советоваться со мной и потратили деньги нашей фирмы? – Китерия была тут как тут.
– Нет, нет! Я сделал эту покупку на свои личные деньги! Для моей матери!
– Дуглас! – предупреждающе осадил сына Жордан.
– И ты до сих пор не расплатился? – спросила умненькая Мерседес.
– Я делаю ежемесячные взносы. Посылаю деньги матери из Барселоны, чтобы она их вносила. Но она не сделала этого, не понимаю почему. Я не знаю, почему она не платит за квартиру.
– Китерия! Мерседес! Дуглас ни в чём не виноват. Поехали домой. Всё уладится. – Жордан двинулся к выходу.
– Любимая, прошу тебя, не волнуйся, всё будет хорошо. – Дуглас заискивающе заглядывал в мрачное лицо Мерседес. – Я постараюсь расплатиться, и мы поедем в путешествие!
– Но тебе необходимо встретиться с матерью. Она далеко живёт?
– Нет, недалеко. Только она живёт… Как бы тебе это лучше объяснить?… В общем, она живёт не как все нормальные люди. Но если понадобится, я найду её и разберусь со всеми проблемами.
