– Но малышу будет худо без лекарства.
– А мне какое дело до какого-то младенца! Кто, обо мне думает?!
– Разве я не думаю о тебе?
– Вижу, как думаешь! – Мерседес выбежала из спальни.
Женуина опустилась на постель и закрыла лицо руками. Сейчас она выглядела совсем не той бойкой торговкой, что ссорилась с сеньором Силвио. Жидкие, крашеные хной волосы растрепались по плечам, сотрясавшимся от беззвучных горьких слёз.
А Мерседес уже очень скоро оказалась в баре шикарного отеля. Она сидела за стойкой с таким видом, будто всю жизнь только и развлекалась в шикарных отелях.
Элегантный мужчина лет сорока, остановившись в дверях бара, поинтересовался у швейцара:
– Это вон та принесла моё кольцо?
– Совершенно верно, сеньор Алкантара, такая настырная, сразу видно, что из предместья. Я ей говорю, – доктор Лима в бассейне, а она: «Ничего, передайте, что его ждут».
– А она ничего. – И Вагнер направился к стойке.
Через пять минут они болтали, как старые друзья, а через десять Вагнер пригласил её в фешенебельный гимнастический клуб на показ новой коллекции спортивной одежды. Немного поломавшись, Мерседес приняла приглашение.
Конечно, эта девчонка была вульгарно и плохо одета, но Вагнер знал толк в женской красоте, и потом – она была такой юной и свежей, не в пример гордячке Изабеле – дочери хозяина, которая в свои двадцать лет выглядела зрелой матроной. В отношении Изабелы Вагнер строил далеко идущие планы, но прежде всего, нужно было дать по носу этой гордячке. Эта девчонка была просто находкой на один вечер: красотка и простушка. «Самый унизительный для гусыни Изабелы вариант», – решил окончательно Вагнер.
– Оденься поприличней, в девять я за тобой заеду, – сказал он, вставая с высокого стула. – А если ты всё ещё сомневаешься в моей добропорядочности, мы можем съездить в полицейский участок на Афраино ди Мело Франко, там тебе покажут моё досье.
– Как ты сказал – добро…?
– Порядочности, дурочка. Надо знать такие слова. Прости, мне пора. – Аугустао, – тихо окликнул он высокого красивого юношу, – я и не заметил тебя. Ну как дела? – Вагнер подсел к столику в тёмном углу. – Тебя приняли?
– Приняли.
– Зря ты это затеял. Родители будут волноваться.
– Ты их успокоишь. Что это за девушка была с тобой?
– Посыльная из магазина. Принесла кольцо. Я купил в подарок Изабеле.
– Она красивая!
– Кто? Твоя сестра?
– Девушка.
– Это теперь как раз твой контингент. Ведь ты теперь отдельный бой.
– Что здесь плохого?
– А что хорошего? По-моему, очередная причуда.
– Почему никто из вас не хочет понять, что я хочу по-настоящему знать жизнь и профессию?
– Потому что все, кроме тебя, знают, что экскурсии в жизнь – это ещё не жизнь, это просто экскурсия.
Мерседес влетела в лавку сеньора Баррозо, когда Розита запирала витрины и опускала железные жалюзи.
– Розита, милая, погоди. Я хочу кое-что взять.
– Ты слишком долго отсутствовала, это свинство, – ворчала Розита.
Мерседес взяла с витрины роскошные серьги.
– Смотри, они мне идут?
– Такие идут всем.
– Вот и прекрасно. Я возьму их, а утром верну.
– Ты что, сошла с ума?
– Наверное. Розиточка, ведь ты меня не выдашь? Правда, золотце, не выдашь? Ведь никто не узнает. Хочешь, я тебе подарю эту заколку?
– Ничего мне не надо. По-моему, у тебя поехала крыша.
В доме сеньора Соуто Майя тоже собирались в гимнастический клуб. Родители были в отъезде, и поэтому Изабела надела вечернее платье матери. Её сестра – четырнадцатилетняя Патрисия – радостно заметила, что платье узко, а декольте слишком велико, но хорошо сохранившаяся бабушка заявила, что главное для девушки – это уверенность в себе.
– А Аугусто опять пропал, – радостно сообщила Патрисия.
– Большое дело! Опять что-то придумал оригинальное, вроде шофёра такси. Ничего, скоро вернётся.
– Но мама и папа переживают. Они уже два раза звонили из Мадрида. Твой Вагнер…
– Возьми его себе…
– Если б он был немного помоложе, взяла бы. Но он слишком стар для меня.
– Девочки, что за разговоры! Фи! – возмутилась бабушка Венансия. – Впрочем, Патрисия, ты не права: для таких красивых мужчин, как Вагнер, тридцать пять лет – это самый чудный возраст. Сорок тоже.
– И пятьдесят, – засмеялась Патрисия. – А вот и Рутинья. Рутинья, ты обещала нас взять.
– Конечно, возьму, – сказала вошедшая в комнату элегантная дама. – Я ведь обещала вашей маме. Лаис очень волнуется из-за исчезновения Аугусто, – обратилась она к бабушке Венансии.
– И зря. Аугусто всегда был с причудами. Знаешь, я, пожалуй, тоже пойду на презентацию.
Презентация удалась на славу. Весь бомонд Рио собрался в клубе. Мерседес вертела хорошенькой головкой, узнавая знаменитостей. Она выглядела вполне прилично в скромном чёрном платье и дорогих серьгах с крупными камнями.
Элегантный Вагнер зорко следил за реакцией Изабелы и удовлетворённо усмехнулся, увидя, как Изабела изменилась в лице…
– Вагнер, я хочу пи-пи, – капризно сказала Мерседес.
– Что?
– Ну, в туалет. Я выпила слишком много шампанского.
– Иди вон туда, а потом направо.
– А ты не проводишь меня?
– Сама найдёшь.
Вагнер подошёл к Изабеле.
– Ну как? Тебе хорошо здесь без меня?
– Неплохо. А ты не теряешь времени даром.
