Где-то вне толщи взмыленного сознания кричали девушки. Тяжелые клинки вонзались в окровавленную плоть.

Наступил приятный обморок. Я поприветствовал его улыбкой.

<p>10. Теплое прощание</p>

Перед глазами появилось размытое пятно. Розового цвета. С голубыми пятнышками поменьше. И еще какое-то золотистое гало вокруг него. Потом из тумана показался нос. Курносый. Очень симпатичный. Наверное, – женский. Затем удалось рассмотреть подбородок. С маленькой ямочкой в центре. Невероятно привлекательный – точно, женский.

– Как тут наш защитник?

Вопрос поверг меня в тяжелые раздумья. Не знаю никакого защитника. Никогда его не видел, зачем спрашивать? Откуда мне знать, как он там, защитник этот? И вообще, где это я? И кто я такой?..

– Ходжа, как вы себя чувствуете?

Знакомое имя! Без сомнений, это обращаются ко мне. Меня зовут Ходжа Наследи. Мужчина привлекательной наружности, рост чуть ниже среднего. Черноволосый, но с рыжим хвостом – я ведь лисоборотень высшей касты. Люблю носить темные или белоснежные одежды, не переношу другие цвета. Одеваюсь-обуваюсь простенько: рубашка, штаны, ботинки или кованые сапоги на толстой подошве. Еще предпочитаю длиннополые плащи.

И чего это я про одежду? О, перед глазами что-то покачивается! Неужели мысли об одежде навеял глубокий вырез цветастого платьица, позволяющий без затруднений пялиться на полную женскую грудь?

– Вы в порядке?

В порядке ли я? Конечно! Ведь с недавнего времени я холостой, то бишь разведенный. Очень уважаю женский пол! До такой степени, что это послужило причиной моего развода. В свободное от работы время занимаюсь виршеплетством, вместо кабаков и злачных мест гуляю по выставкам и театрам. Работаю…

– Как там наш детектив?

И почему я раньше не вспомнил? Ведь работаю частным детективом. Живу очень скромно, в маленькой квартирке, по соседству с оборотнем, который обворовывает трупы.

– Приходит в себя.

В себя? Да я не в себе! Лишиться чувств на глазах у двух прекрасных дам… Мне должно быть стыдно! На меня свалился орк! Опозорен! Побежден в малозначительной схватке, погребен под вонючими телесами второразрядного чудовища!

Все! Бросаю эту бесславную работу и, клянусь своим хвостом, – отправляюсь матросом в океан Бей-Буян.

– Миленький!

Кажется, меня поцеловали! К губам прикоснулось что-то влажное и очень горячее.

Я приятно удивился и ответил ей – а кто же еще это может быть?! – страстным поцелуем.

– У него сотрясение мозга, – грустно констатировали где-то над левым ухом. – Впервые вижу, чтобы адекватный оборотень лобызался с горячим компрессом.

Вот теперь я действительно пришел в себя. Скорчил гримасу и отодвинулся от проспиртованной марли желтоватого цвета.

– Уф, – на большее меня пока что не хватило.

– Как мы рады, что вы очнулись! – воскликнула Натоли. И тут же поцеловала меня по-настоящему.

Я не успел еще отойти от предыдущего поцелуя, потому встретил девушку все с той же гримасой. Затем черты лица разгладились. А руки сами сомкнулись на плечах красавицы.

– А сильный какой, – прошептала она мне на ухо, неспешно отодвигаясь и отводя мои ладони. – Вот теперь он точно пришел в себя.

– Граф за вас очень переживал, – сообщила Олиель, сидящая рядышком с господином дел-ар Пиллио. – Все бормотал, что «если он сдохнет, то и мне жизни не будет».

Раваш озлобленно подбоченился. Впрочем, девица не заметила его разъяренного взгляда.

– Поверить не могу, что братик бывшей женушки так за меня переживает.

Слова давались мне с трудом, но язык все же работал.

– Потерять хорошего телохранителя ничуть не лучше, чем потерять собственную драгоценную жизнь, – философски заметил Раваш. – Но по-настоящему нас спасли доблестные солдаты Вопел-Крик.

Он снова вернулся к напыщенным фразам. И где то благословенное время, когда вельможа выражался коротко и емко, опасаясь за графскую шкуру? Может, спровоцировать еще одно нападение гоблинов на состав?

– Где мы?

Вместо ответа Натоли приподняла мою голову.

Я обнаружил, что возлежу на спальной полке, поддерживаемый бережными руками девушки. Купе украшали целые горки битого стекла, кое-где обильно орошенные подсохшей кровью. В дальнем уголке торчал изрядно помятый проводник. Он баюкал окровавленную руку и шептал что-то нелестное в адрес захватчиков. Раваш и Олиель находились на соседнем сиденье. В руках у них поблескивали початые бутылки амброзиума. Запоздало я понял, что граф каким-то образом, возможно, из-за страха перед смертью, освободился от антиалкогольного влияния.

Окрестности представляли собой гротескную картину разрушения. Ни в одном из домиков не нашлось бы целого стекла. Несколько башен магической защиты почернели и покрылись копотью. Всюду валялись исковерканные тела гоблинов и погибших под колдовскими ударами оборотней. Магасфальт щедро покрывали груды деревянных и колдетонных обломков. Постанывали раненные, воняло обгоревшей гоблинятиной.

Над перронами царила неестественная тишина. Изредка ее нарушали стоны уцелевших горожан и довольное повизгивание бастарка. Чудовище, без сомнений, таки откушало парочкой нерасторопных варваров.

Перейти на страницу:

Все книги серии Ходжа Наследи — частный детектив

Похожие книги