Линк, сидящий рядом с пилотом, связывается с Роддсом и Мерфи, он докладывает о случившемся, и я наконец снимаю наушники, откидываясь на подголовник в своем кресле. Мой внутренний карман с самого утра прожигает одна вещица, которую мне не терпится вручить женщине, взорвавшей мой мир и превратившей его в сотню сверкающих фейерверков. Обычно у нее стальной хребет, но прямо сейчас она тихонько размеренно дышит, погрузившись в умиротворенный сон. Надеюсь, ей больше не снятся кошмары, а если и так, то я здесь для того, чтобы быть рядом, оберегать и поглощать ее страхи, пока от них совсем ничего не останется.
– Ты скажешь, что это несвоевременно и банально, но в нашем деле другого времени может и не быть. – Кольцо с прямоугольным изумрудом скользит по пальцу Ремеди, я тихо бормочу ей в волосы, не ожидая, что она слышит. – Предыдущее пришлось вернуть, зато в этот раз все по-настоящему.
– Мы всегда были настоящими, глупый. – Ее смех вибрирует у меня на груди. Опускаю глаза, утопая в синеве. – Дороти тоже говорит да, – выпаливает Ремеди, рассматривая свое кольцо.
– Кто, блять, такая Дороти? – Я знаю, что это ее второе имя, но звучит все равно крайне странно.
– Не важно, – отмахивается Ремеди. – Я люблю тебя, – и ее губы прижимаются к моим, не дожидаясь ответа. Я скажу эти слова еще не раз, но прямо сейчас я просто хочу насладиться покоем, который дарит ее поцелуй.
– Боже, ты выглядишь просто потрясающе! – восклицает Элси, глядя на меня с неподдельным восторгом. Ее лицо сияет в свете роскошной люстры номера люкс с видом на бесконечный океан.
Обычно я чувствую себя более уверенно, но сегодня волнение переполняет, выплескиваясь через край, и я, наверно, в десятый раз за последний час поворачиваюсь к зеркалу, проверяя, все ли идеально. Уэйд видел меня и в худшие времена, но этот день особенный, поэтому я хочу быть на высоте в своем кремовом струящемся платье с глубоким вырезом. Оно без рукавов, на тонких бретельках, а открытая спина украшена дорожками из сверкающих камней, спускающихся к пояснице. Мои волосы уложены в высокую гладкую прическу, уместную для старого Голливуда и места, которое было выбрано для церемонии. Я отказалась от фаты, надев изящные босоножки в тон платья и прихватив букет из красных маков, подчеркивающих мои губы.
– Спорю на миллион, большой босс разрыдается как сопливая девчонка при виде тебя, – вторит Наоми, поправляя помаду в зеркале рядом со мной. – Хотя давайте признаем, если Линк, Уэйд и Джош встанут в ряд, наверняка они просто исчезнут, собрав идеальное комбо красавцев.
Мы втроем разражаемся смехом, а Нао гримасничает, обмахивая раскрасневшееся лицо невидимым веером. Иметь подруг так ново и непривычно, но с появлением этих потрясающих женщин еще один незаполненный фрагмент моей внутренней пустоты стал целым. Я наконец-то вспомнила, каково это – иметь семью.
Примерно через сорок минут мы спускаемся по тропинке заповедника, раскинувшегося на отвесной скале, Уэйд арендовал гостевой дом с просторной верандой, опоясывающей его по кругу. Здесь достаточно места для немногочисленных гостей, поскольку мы решили провести скромную церемонию в кругу самых близких, коих не так уж и много. О лучшей свадьбе я и не мечтала.
Солнце близится к закату, тропинки освещены факелами, а на деревьях повсюду развешаны маленькие фонарики, напоминающие светлячков, белые и кремовые ленты свисают над нашими головами, пока мы втроем направляемся навстречу новому этапу моей жизни. Только вот когда девочки идут по проходу, занимая место напротив Линкольна и Джоша, ожидающих у алтаря, мое сердце внезапно обрывается. Я вижу Дункана, Роддса и нескольких сотрудников, что сражались с нами бок о бок, вижу своих друзей и священника в каком-то причудливом одеянии. А вот жениха рядом с ним нет, и тревожное чувство в животе заставляет мои ноги прирасти к земле.
–
– Нет, – качаю головой в отрицании, – он бы не оставил меня, так что заткнись!
– Ты только что велела мне заткнуться? – звучит прямо над ухом, и мое сердце снова ускоряется, облегченно выдыхаю. – В этом платье ты выглядишь как самая сокровенная мечта. – Уэйд целует меня в висок, когда становится рядом, лакричный шлейф в сочетании с терпким мужским ароматом делает колени слабыми. Теперь этой мой новый афродизиак.
