Через двое суток Отец, наконец, разобрался со структурой технического языка цватпахов, дальше дело пошло быстрее. Становились понятными задумки инженеров Цватпы, старающихся разогнать тело в условиях невесомости и минимального сопротивления в жестких электромагнитных полях. Составляющие установки располагались по кругу, как элементы транспортных порталов в Конфедерации, решение не новое, но максимально эффективное. Элементы объединены жесткой сцепкой из металлических конструкций между собой, чтобы обеспечить возможность максимальной прогностической результирующей. Несколько последовательных секций служили для потенцирования полученного кинетического потенциала тела, которое требовалось разогнать.
Установка работала по принципу многоступенчатого прыжка, как если бы несколько прапорщиков, выстроенных вряд, стали пинать сумку с учебниками так, чтобы когда сумка набирала максимальную скорость, на ее пути встречался очередной прапорщик с еще большей ненавистью к учебе. И так несколько раз. Ничего необычного. Такие эксперименты ставили и на Земле, даже в его, Отца, время. Однако никто при этом не исчезал и не взрывался. В этих экспериментах не было магнитных установок такой же мощности, зато принцип был сходным. Отец не ставил себе задачей разобраться в ошибках инженеров, повлекших за собой исчезновение куска льда и последующего за ним взрыва. Ему было необходимо модернизировать установку так, чтобы вернуться в свое время.
Стоп, подумал Отец, если время является всего лишь производным эффектом установки, тогда если ее модифицировать в темпоральную камеру, я окажусь в своем времени, но в этом секторе галактики. На одних двигателях спасательного шлюпа мне вовек не долететь до Земли. На это потребуется несколько миллиардов лет, к тому моменту солнце уже давно погаснет, да и я буду иметь непотребный вид. Здесь нужно много факторов соединить воедино.
–Ну, Атисьсь, докладывай, как продвигаются дела?– Спросил его Цибуля во время его очередного перерыва, когда Отец вышел из базы размять кости и поесть.
–А,– махнул Отец разочарованно.– Как будто все понятно, и вместе с тем я не могу пока разобраться с вашими гениями.
–Сильно сложно?– Робко поинтересовался Цибуля.
–Напротив, не хочу вас огорчать, только моя планета ушла дальше вас.– Отец сильно устал.
Непрерывная гонка с чтением документов довольно сильно истощила звездного странника, и положение вещей осложнялось тем, что Басмач отказал в помощи Отцу в его поисках, не дав и маленькой передышки. Пришлось тут же продолжить работу с базой.
–Какую из них ты имеешь в виду?– Нахально оскалился Цибуля.
–Эй, дружок, ты мне брось эти штучки, мне в базе весь мозг исклевали издевками, ты давай-ка, не паясничай. Вмиг шкуру спущу ниже колен. Понял?– Отец свирепо сверкал глазами, хотя он мог этого и не делать. Цибуля был телепатом и почувствовал настроения Отца. Он сам через секунду пожалел о сказанном.
–Прости, уважаемый, просто хотел немного тебя развеселить. Не вышло.
–Я вот дам тебе по зубам… не вышло. Ты лучше бы…
Отец чуть не подпрыгнул от догадки.
–Слушай, Цибуля, хочешь мне настроение поднять? Есть тема. В вашем озере рыба водится?– Спросил Отец и, не дожидаясь ответа, продолжил.– Так вот, прикажи, чтобы мне рыбки жареной приготовили. У меня скоро от вашей травы цинга откроется. Давай, давай, вашим поварам я расскажу, как ее готовить.
Как же он сразу не догадался про рыбу? Цватпахи– водоплавающие птицы и, вдруг, без рыбы. Сколько времени упущено. И закуска отменная.
С рыбой дело пошло на лад. Для начала, Отец провел несколько незабываемых часов над ручейком, что уносил все нечистоты из жилища, а потом привык. Отец для себя с давних пор четко уяснил, что чем лучше стол, тем лучше стул, и старался этим правилом руководствоваться, хоть это и не всегда получалось.
–Почему же вы мне рыбы не давали, сволочи жадные?– Изумился Отец, когда ему впервые принесли целую тарелку жареной рыбешки, которая по виду напоминала карасей.
–Нам и в голову не могло придти, что ты можешь есть эту гадость.– Ответил Цибуля.
–А вы, что, рыбу не потребляете?
Цватпах завилял хвостом. Цибуля плохо представлял, что можно поедать эту мерзость, от которой так жутко пахнет. Его предки, водоплавающие цватпахи, в естественной среде питались водорослями да личинками жуков, которые находили себе пристанища в мясистых листьях подводных растений. У каждого свои пищевые предпочтения. Видно там, откуда произошли цватпахи, было очень мало рыбы, и, чтобы не нарушать равновесие, эволюция распорядилась встать цватпахам в другой пищевой цепочке.
–В конце концов, это дело ваше, но мне рыбу готовить ежедневно. Да,– вспомнил Отец,– еще ее нужно насушить. А потом я вас научу пиво варить.
На сытый желудок думалось легче. Даже в базе данных Отец стал работать самоотверженней. Алгоритмы получались не такие корявые, логические звенья находились сами собой, а, быть может, фосфор, запасы которого Отец черпал в рыбе, заставлял мозг другими глазами смотреть на очевидности.
