Отец встрепенулся. Грезы медленно отступали и таяли, остался лишь сладкий привкус отечества в мыслях. Видимо Отец заснул и увидел свой дом. Он очень устал. Еще сегодня он был на Адло, что в системе Веги, теперь его судьба занесла в секретный офис темпорального отдела федеральной службы. Кто скажет, где он находится? На Ио? На Марсе или Венере? Быть может он сейчас на Кваоаре, что в восьми с половиной миллиардах километров от солнца? Где он? Это уже не важно. Важно то, что сейчас он сидит на стуле и несколько пытливых пар глаз устремлены на него, в надежде найти неизвестные звенья навсегда ушедших минут.
–Что вам нужно от меня? Мне уже не до вас. Делайте что хотите, я вам больше ничего не скажу.– Пролепетал Отец заплетающимся от усталости языком.
–Скажешь. Еще как скажешь.– Проговорил высокий с пролысинами на голове федерал.
Отец бросил полный презрения взгляд на верзилу, который скрестил руки у себя на груди, облокотясь седалищными костями в стол.
–Если мы тебе скажем, где твой брат, будешь с нами сотрудничать?– Спросил высокий наглец.
–В обмен на брата? Буду.– Обреченно сказал Отец.
Только бы федералы не стали спекулировать братом, подумал Отец. Выдать друзей не смогу, а брат… что ж, он, наверное, сможет потерпеть, пока Трибун не разберет по костям все федеральные тайны.
–Хорошо.– Согласился бесцветный агент федеральной службы.– Давай поговорим про шлюп.
–Сначала про брата.– Заупрямился Отец.
–Сначала про шлюп.– В тон твердил федерал.– Брат после.
–Договорились.– Устало кивнул головой Отец.
–Пойдем к карте.
-Отдохнул немного?– Спросил Отца Поспелов.
–Что ты? После такого допроса с пристрастием мне нужно как минимум неделю просидеть вообще без движения.– Вяло произнес Отец, поднимаясь с казенной кровати.
В отделе темпоральных исследований и перемещений были и казармы для служащих, агентов, готовящихся к перемещениям во времени. Здесь же были симуляторы различных ситуаций, тренажеры, комнаты психологической разгрузки и просто спальные помещения, в которых и можно было только раздеться и забыться сном на металлических кроватях. Федеральная служба не привыкла себя ограничивать в средствах, и раздутый до невероятных пределов штат служащих был готов пополняться все новыми оперативниками, агентами и простыми рабочими.
Отец приподнялся на локте с кровати. В голове еще стоял шум. Он слабо помнил, что произошло, прежде чем он потерял сознание. Он помнил, что агент федеральной службы с бесцветным лицом и маслеными глазами решил смилостивиться над Отцом и предложил перейти к обсуждению исчезновения шлюпа. Он развернул над столом объемную карту местности приземления Отца, когда он вернулся от цватпахов. Странник встал со своего стула, а потом помнил лишь суету вокруг него, неясные смутные силуэты, которые пытались вызвать врача, и хлопали по щекам. Затем исчезли и эти воспоминания. Видимо он сильно утомился прошедшим днем и пережитыми неприятными минутами допроса, что потерял сознание. С ним раньше такое не случалось.
–Сколько меня не было?– Спросил Отец вяло.
–Около двух суток.– Неуверенно сказал Поспелов.– Может чуть больше.
–Я все время спал?
–Ага.
–А мне показалось, что я выключился на двадцать минут.– Отец потрогал себя за лоб.
Голова гудела. Странник потрогал затылок. Шишек не было. Он провел рукой по челюсти. Все зубы на месте. Следов насильственной травмы не было. Его не били. Руки и ноги работали нормально. Значит, он сам все-таки потерял сознание, а федералы к обмороку имеют косвенное отношение. Даже как-то не удобно. Как девица красная потерялся, подумал Отец.
–Ты сколько уже не ел времени?– Спросил Поспелов.
–Двое суток сна плюс…– Отец задумался.
Он не мог вспомнить, когда ел в последний раз. Очень давно. Еда в конверте не в счет, это всего лишь картинки, которые компьютер проецирует в мозг. К реальному насыщению они не имеют никакого отношения.
–Тебе нужно хорошо подкрепиться. У нас сегодня предстоит очень насыщенный день.– Сказал Поспелов.– Я уже заказал тебе еду. Пошли.
–Куда?– Спросил Отец.
–В столовую, куда же еще. Я составлю тебе компанию. Пошли, пошли.– Торопил Поспелов.
–Вовик, дай я еще посплю. Жить что-то не хочется. Голова кружится, спасу нет.– Покачал головой Отец и рухнул на подушку.
–Поешь, проснешься.
