Федералы ушли в конверторное пространство, чтобы связаться со своим руководством и согласовать дальнейшие действия. Временщики уселись за компьютеры, обрабатывая полученные данные и просчитывая степень риска от предстоящего темпорального перемещения. Они отослали отчет о проделанной работе, чтобы высшее научное руководство составило дальнейший план экспедиции совместно с темпоральным отделом федеральной службы.
Мостик опустел. Два андроида присоединились к временщикам, помогая им обрабатывать информацию. На Отца никто не обращал внимания. Поспелов так и не выходил из своего конверта, увлеченный молоденькими ведьмами и бесчинством возле жертвенного костра.
Отец вошел в свой конверт и пустился в глобальную базу данных. Здесь не существовало паролей и запретов, которыми он был ограничен на Земле. Отец развернул данные, привезенные зондом из тихого двадцать первого века, и заново пережил волнительные моменты своего прибытия с Цватпы. Затем он обратился к замерам темпоральных возмущений, зафиксированных зондом, магнитных и электромагнитных полей. Для себя Отец обнаружил несколько неприятных моментов. Многие параметры, которые помогли бы понять степень участия Инвизов в исчезновении брата, зонд не фиксировал. Это объяснялось просто. Задача темпорального зонда была лишь– слежение за объектами, определение их точных пространственных и временных координат, да характеристики темпоральных перемещений. Более точные и всеобъемлющие замеры он делать не в состоянии.
Нужен шлюп. Зонд здесь не помощник. Отец сравнил характеристики полей, зафиксированных в двадцать первом веке с характеристиками полей корабля, на котором он прилетел сюда. Становилось понятным, о чем говорил временщик. Это темпоральное перемещение– их перемещение. Что ж, пусть будет так. Следовательно, нужно доставать шлюп из двадцать первого века, чтобы наступило счастье, другого пути нет.
Отец определил точные координаты шлюпа и время его темпорального перемещения, составил алгоритм подхода корабля конфедерации к заданной точке, напряженность полей, которые осуществят захват шлюпа. Сложного нет ничего. Он еще раз проверил свои расчеты. Согласно этому алгоритму шлюп беспрепятственно покинет Кичигинский бор и очутится в космосе за триста миллиардов километров от Земли, которая вслед за Солнцем бежит со скоростью тридцать километров в секунду.
Когда Отец в последний раз видел шлюп, его люк не был задраен. Это ничего. Биологических объектов на борту не было, только бортовая автоматика, да мобильный компьютер, который вместе с Отцом путешествовал с Плутона до Цватпы, а затем до Земли. Космос не мог повредить мозгу бортового и мобильного компьютеров. За остальное можно не переживать. На борту осталась рыба, которую Отец так и не съел, вернувшись на Землю. Эта рыба была поймана на Цватпе услужливыми цватпахами.
Отец подсоединился к каналу связи временщиков, которые вели активный диалог со своими земными коллегами. Звездный странник предложил план возвращения шлюпа, который только что разработал. Временщики его отвергли через секунду рассмотрения. Отец в своих расчетах не учел рядом стоящие деревья, которые должны были остаться в своем времени, он не учел так– же хворост, который закрывал машину в двадцать первом веке. Его нужно было тоже оставить. Лишние темпоральные артефакты не нужны. Оставить нужно было и примятую траву, на которую совершил посадку шлюп и следы грязи на посадочных шасси. В далеком космосе ей тоже не место.
Отец почувствовал себя наивным глупым мальчишкой, который собрался играть в мужские игры. Он производил свои расчеты с погрешностью до полуметра, чтобы ненароком не оставить в прошлом кусок тормозного двигателя. Эти условия значительно усложняли задание. В базе прозвучала просьба не вмешиваться в серьезные дела дилетанту, на которую Отец откликнулся обидой.
Временщики совместными усилиями с Землей рассчитывали возможные проблемы и вероятности исхода темпорального перемещения. Отец не стал вмешиваться в серьезный диалог профессионалов, лишь со стороны смотрел, как шаг за шагом решение проблемы определялась математическими формулами и алгоритмами. Земные временщики склонялись к мысли, что шлюп необходимо переместить в условиях данной экспедиции. Федеральные агенты хранили гордое молчание, они не склонялись к скоропалительному предложению немедленного перемещения шлюпа, они так же не настаивали на создание специальной экспедиции, чтобы вернуть посудину.
Бог с ними, подумал Отец, пусть решают. Им за это, в конце концов, платят деньги. Он решил навестить своего героя-любовника на Черной Горе, дабы удостовериться, что с ним все в порядки и что ведьмы не обратили его в новую веру.
–Компьютер, к Поспелову хочу.– Сказал Отец.
