–Ты можешь, кстати, этим себе на хлеб зарабатывать. Знаешь?– Спросил Поспелов.
–Как это?– Не понял Отец.
–Моделировать конвертерное пространство. У тебя не кисло это выходит. Твоя заводь, шабаш… Ты вот лучше, чем нюни распускать, создавай такие картинки. Это пользуется спросом. Деньги рекой польют. У нашего народа со смекалкой проблемы большие, а у тебя свежий взгляд на вещи.
–Вовик, спасибо за совет, конечно. Только я не смогу.– Отрицательно покачал головой Отец.
–Как это не сможешь? Это же смог сделать.– Усмехнулся Поспелов.
–Я здесь не собираюсь надолго оставаться. Вот решу проблему с братцем и вернусь домой. Мне федералы твои обещали. На это время денег, надеюсь, хватит. А дальше? С собой я их забрать не смогу. У нас технологии не те, да и деньги осязаемые.– Сказал Отец.
–Видел я ваши деньги. Очень неудобно.
–Ну, вот сам видишь.– Пожал плечами Отец.
–Но мне-то ты напишешь пару тройку сюжетов?
Отец кивнул. Очень лестно Поспелов относился к весьма скромным способностям Отца в качестве ландшафтного дизайнера. Однако, мысль, что твои творения кому-то нравятся, не претила. Вот если бы с Рыжей все наладилось, и она решила не рушить семью, тогда Отец смог бы остаться и создавать такие вот уютные уголки. В противном случае, такая идея была бы бесполезной.
–Так, девочки.– Крикнул на ведьм Поспелов.– Ну-ка, духов с горы приведите. Хочется экстрима.
Ведьмы бросились к своим метлам и шумной стайкой улетели на вершину горы, с которой вернулись в сопровождении душ, выигранных у чертей Поспеловым.
–Дядьки. Покажите нам какой-нибудь фокус. Вы лучше меня знаете.– Крикнул на призраков Поспелов.– Что-нибудь этакое…
Призраки бывших военачальников освободились от пут, связывающих их мерцающие во свете бестелесные оболочки. Они принялись жонглировать головами и играть ими в крокет. Затем, привидения стали забавлять добродушного федерала тем, что перекидывали конечности своим однополчанам, переставляли их местами и сгибали в немыслимых плоскостях. Однажды Гитлер оказался четырехногим уродцем, ходившим на трех руках. Это очень позабавило Отца, однако он жестом приказал распустить этот балаган и призраки, шушукаясь, удалились в тень кустов мандрагоры, недовольно посматривая на Отца.
Меж деревьев появился выход.
–Ты компьютер звал?– Спросил Поспелов.
Отец отрицательно что-то промычал. Говорить он не мог, потому что был занят поеданием рыбы.
–И я не звал.– Сокрушался Поспелов.– Кто звал выход?
Поспелов оглядел нечисть, веселившуюся вокруг. Веселье умерло внезапно. Понурые черти и вурдалаки в священном страхе трясли своими косматыми головами. Призраки сбились в кучку, чтобы их было меньше видно.
–Значит, нас зовут. Типа, тонкий намек на толстое обстоятельство. Пошли, Отец. Продолжим праздник потом.– Сказал Поспелов, поправляя набедренную повязку из растрепанного мочала.
Отец встал с песка, не утруждая себя отряхиванием. И так ничего не будет. Здесь все виртуальное. Отец ушел. Поспелов, уходя, шлепнул молоденькую ведьмочку по мягкому месту, та зарделась гордостью и огнем.
На мостике собралось много народа. Федералы практически все были в сборе. Они стояли позади временщиков, колдующих возле экранов компьютеров. Отец с Поспеловым приблизились к группе ученых.
–Что случилось?– Спросил Отец.
–Получили разрешение на перемещение твоего шлюпа.– Тихо сказал федерал, который ближе всех стоял к Отцу.
–Когда все начнется?
–Сейчас. Временщики проверят расчетные данные и все начнется. Сам смотри.– Шикнул на Отца федерал.
Последний приготовления закончились и временщик, колдовавший возле терминала, компьютера произнес:
–Countdown.
Баритон компьютера начал обратный отсчет. За носовым иллюминатором, открывавшим виды на космические просторы, засветилось защитное поле, которое было необходимым атрибутом всех темпоральных перемещений. Отец смотрел за действием, разворачивающимся перед носом космического корабля, затаив дыхание. Лишь временщики, для которых темпоральное перемещение было обыденным, как для повара котлеты, тихо переговаривались меж собой, искоса поглядывая на графики силовых полей, обозначенных на многочисленных мониторах. Загудели генераторы, пол корабля задрожал. Отец широко раскрыл глаза, стараясь не мигать, чтобы не пропустить ничего важного. Сейчас шлюп, который исчез так внезапно в утреннем Кичигинском лесу, явит себя новому миру.
