Что может быть страшнее плохо написанных экзаменов и невозможности поступить в хороший университет? Внезапное поступление в магическую академию по опрометчиво окроплённому кровью контракту, где предстоит отстаивать права землян, найти друзей в толпе ненавистников, утереть нос врагам, попасть в команду на игры по защите флага и не соблазниться собственным капитаном. Разобраться бы ещё: загадочный магистр, что оказывается всегда в нужное время в нужном месте — приятный бонус или горькая пилюля?Примечания автора:Серия закончена. Прошу не переживать, тексты неопубликованными не останутся. Есть три книги, которые дают логичный конец, не оставляющий читателя в подвешенном состоянии. При этом есть возможность продолжить, если будет такой запрос.
Очередной летний денёк вступал в свои права ярким светом, слепя глаза несчастным, чьи окна расположены на востоке. Я была среди них, так ещё и окна занавесить с вечера забыла, поэтому пополнила ряды тех «счастливчиков», кто встал с первыми лучами солнца. Да и заснуть потом уже не вышло, потому что и птицы громкие, и дворник слишком громко скребёт метёлкой по асфальту, а скрип маршруток за окном там вообще сводит с ума… На самом деле, обычно меня такие мелочи не беспокоили, но государственная итоговая аттестация ещё никого не оставляла спокойным и равнодушным.
Мне оставалось сдать последний экзамен. Нельзя сказать, что от него зависит моя дальнейшая судьба, ведь и первые несколько прошли не слишком хорошо. Хоть я пока и не видела полученных баллов, но по собственным ощущениям знала — хороший университет мне совсем не светит. Будет хорошо, если я поступлю хоть куда-нибудь с такими результатами.
Я всю школьную пору хорошо училась, последние несколько лет готовилась к экзаменам. Преподаватели всегда прочили мне большее будущее, но не всё в жизни идёт по плану. Судьба не сверяет свои идеи и задумки с твоими, если, конечно, она вообще существует. Я больше склонна считать, что мы сами — творцы своей жизни, и ни от каких высших невидимых сущностей ничего не зависит.
Мои титанические труды по многолетней подготовке к экзаменам катились в пропасть из-за того, что я просто не могла сосредоточиться во время их сдачи. Ощущение было такое, словно голову разрывает изнутри, словно было во мне нечто, что хотело выйти наружу. Врач и родители, конечно, назвали всё это глупостями. Они говорили: «Больше спите, хорошо питайтесь, совершайте прогулки перед сном, меньше переживайте». Стандартный ответ, в общем, который можно выдать практически на любую проблему. Болит голова — подходит, волнуешься — подходит, хроническая усталость — подходит, даже если какая-нибудь бессонница — тоже подходит. Вся эта симптоматика началась практически вровень с наступлением моего совершеннолетия, а медики не находили никаких патологий.
Сначала мой недуг проявлялся только в моменты сильного стресса, вроде тех же экзаменов, но очень быстро дошло до того, что мне могло стать плохо в совершенно любой момент времени, когда я этого не ожидала. Вышла на улицу — вдруг едва не упала от стреляющей боли в затылке, цепляясь всеми силами за спинку лавки, чтобы уж совсем не потерять лицо перед окружающими. Не хватало ещё завалиться в парке, как после попойки.
Я жила отдельно от родителей. Поэтому они не знали о большей части мелких происшествий, что случались в моей жизни. Когда была маленькая, мы спокойно жили в нашем небольшом городишке, как все остальные семьи. Но в какой-то момент они загорелись идеей открыть свой бизнес. И всё бы хорошо, только создать и развивать своё дело решили в другой стране, куда я решительно ехать отказалась. Я хотела спокойно закончить школу, а затем поступить в университет. Родители изредка приезжали, но чаще наше общение проходило по интернету или мобильной связи. И меня это со временем стало устраивать, когда постепенно начала отвыкать от их постоянного присутствия рядом. Благодаря вынужденному проживанию одной с подросткового возраста, я стала более самостоятельной, научилась принимать собственные решения и нести за них ответственность.
Когда близился последний экзамен, буквально накануне его проведения меня вызвали к директору. Да ещё и как! Дмитрий Васильевич позвонил мне лично и попросил явиться как можно быстрее. Я даже и не знала, что у него есть мой номер. Раньше меня, как прилежного ученика, ни разу не заносило на директорский ковёр. Неужели собирались лично укорить за вдруг полученные слабые результаты? Я и без помощи себя обвинить успела.
Шагала в школу в смешанных чувствах. И до этого хватало огорчений, а уж теперь-то стало совсем нервно. Зашла в такой знакомый холл, который вижу в один из последних раз. С некоторой горечью рассматривала растресканный бетонный пол, который ремонтировали неизвестно сколько лет назад. На нём было столько разных слоёв краски, что раньше, наверное, их можно было считать, как кольца на пеньке дерева. Только здесь между слоями наверняка проходил не один год, а куда дольше. Сейчас же — почти вся краска стёрлась, и изредка виднелся уцелевший островок то бежевого, то коричневого, то зелёного цветов. За одиннадцать лет школы я помнила здесь каждый закуток.
Вот — раздевалка, где летом нет гардеробщицы. Гардеробщица, милая бабушка, которая помнила нас всех по именам, начинала сезон работы с середины осени, когда все ребятишки уже носили куртки, и заканчивала серединой весны, когда носить верхнюю одежду все уже отказывались. А сейчас вешалки пустовали, там даже не горел свет, навевая какие-то тягостные ощущения.
