– Что исправить? Мы уже развелись. Ты сам этого хотел. И ещё, Дим, позволь тебе не поверить. Слова у тебя расходятся с делом. Если человек прозревает, сознаёт, что облажался, то бросается исправлять ошибки. Расстаётся с той, что разрушила брак. Умоляет, стоит на коленях, не ест, не пьёт, жаждёт устранить свои промахи, места себе не находит, паникует, боится не успеть. А ты? Гуляешь с Полиной по улицам. Спокойно с ней живёшь, спишь в одной постели. Где тут жажда вернуть меня? Где попытки всё наладить? Нет тут никаких чувств ко мне, просто желание возвратить удобную жизнь и хороший быт. Неужели ты настолько меня не уважаешь? Неужели я не заслуживаю настоящей любви?
– Заслуживаешь! Просто я боялся прийти к тебе, думал, что прогонишь, не станешь слушать.
Елена скривила губы. Дмитрий показался ей жалким.
– Тот, кто на самом деле хочет всё исправить, ничего не страшится. Ты же колебался. Опасался потерять сразу обеих, Вдруг я не передумаю, не пущу тебя обратно, а ты расстанешься с Полиной. Не хотел рисковать. Выглядит это некрасиво, более того мерзко. Предаешь и меня, и её. Думаю, пора прекращать этот бессмысленный разговор. Иначе я окончательно в тебе разочаруюсь. Тоже мне нашёлся герой-любовник. Думаешь, я железная? Не догадываюсь, что ты прошлой ночью спал с Полиной, а сейчас говоришь мне о чувствах и просишь дать шанс. – Она передёрнула плечами. – Бр-р-р отвратительно. – Елена встала с кресла. – Не будет никакого шанса. Ты его профукал. Опоздал. Совсем. – Усмехнувшись, добавила. – Но спасибо, что дал оценку нашей семейной жизни.
Елена ушла, не оглядываясь. Она не видела, как Дмитрий до крови закусил нижнюю губу, как от боли потемнели его глаза, не слышала, как он прошептал:
– Господи, какой же я идиот, придурок, болван.
Поев торт, выпив чаю, Елена радушно попрощалась с хозяевами, пообещав, что будет изредка их навещать. Попросила Марину Степановну звонить, если вдруг понадобится её помощь. На безмолвный вопрос свекрови, та догадалась, что между нею и Дмитрием состоялся серьёзный разговор, лишь покачала головой. Дмитрия она больше не видела, он или уехал, или не стал возвращаться к гостям, ушёл в другую комнату.
[1] Чуни –похожи на небольшие валенки с укороченным голенищем. Они изготавливаются из натуральной овчины или шерсти, могут быть двухслойными.
Подъезжая на такси к дому, обнаружила возле ворот чёрный джип. Сердце сразу бешено пустилось в галоп, ещё одного разговора с Дмитрием она не переживёт, первый высосал из неё все силы. Тогда вернувшись в гостиную, с трудом удерживала улыбку на лице, не хотелось расстраивать именинницу. Расплатившись с таксистом, настороженно побрела к воротам, мысленно готовясь дать отпор Дмитрию. Дверца автомобиля распахнулась, навстречу ей, улыбаясь во весь рот, вышел Ян Заремский. Вручив растерянной Елене букет белых роз, бросился обнимать её. Прижатые груди стебли несчастных цветов хрустнули.
– Ян, – с облегчением, радостно воскликнула Елена. – Хорошо, что они без шипов, но вообще-то красоту ломаешь!
– Твою красоту не сломать, – хмыкнул Ян, отстраняясь. – Я шипы лично все обрезал. – Бросив взгляд на поникшие головки бутонов, охнул. – Не расстраивайся, другой букет подарю. А ты чего так испуганно таращилась на мою машину.
– Я твой джип с Димкиным перепутала. Думала, это он приехал. Не разглядела сразу… машина большая, чёрная решила это его.
– Он тебя преследует? Вы настолько плохо расстались?
– Не преследует, расстались нормально. Этот дом он мне и детям оставил. Просто сегодня мы впервые за долгое время встретились, разговор вышел тяжёлый – не хотелось снова его видеть.
Ян поёжился.
Елена только сейчас сообразила, что он стоит в одной рубашке, а на улице не май месяц.
– Ты почему раздетый?
– В машине тепло. Как тебя увидел, сразу выскочил, забыв набросить куртку. В дом пригласишь? Я тут кое-что близнецам привёз. Мы созванивались. Или на улице стоять будем?
Елена покосилась на соседский двор. Любопытное лицо Ирины Колесниковой маячило в окне. Усмехнувшись, что завтра не избежать расспросов, Ирине до всего было дело, она перехватила букет.
– Пойдём. Время ещё детское. К тому же я теперь женщина свободная, так что могу пригласить симпатичного мужчину к себе.
Ян ухмыльнулся.
– А я симпатичный?
– Не прикидывайся. Сам знаешь. Женщины при виде тебя стойку делают.
– Не обращал внимания. Я всегда видел только одну женщину. Тебя.
Лицо Елены порозовело от смущения. Надо же она думала: разучилась краснеть.
– Проходи уже, Ромео доморощенный. Простудишься, лечить не стану.
Ян направился к джипу. Открыв заднюю дверь, достал из салона пакет.
– Куртку прихвати, – скомандовала Елена.
Повесив куртку на руку, Ян захлопнул дверцу автомобиля.
Подойдя к калитке, по-джентльменски открыл её перед Еленой.
– Снег в Анапе редкость, это я его из Сибири привёз, – хвастливо заявил Ян.
Открывая дверь ключом, Елена улыбнулась.
– Ты когда приехал?
– Только что. Тысячу километров сегодня отмахал.
– Тогда снег не твоя заслуга. Он третий день идёт.
– Я его впереди себя послал.
– Хвастун.