- Намджун, я, правда, очень хотела бы сходить на концерт и увидеть тебя в «своей стихии». Но, боюсь, родители не поймут меня…
- Ты говоришь, как тринадцатилетняя девочка. Сколько тебе лет, Ми Сун?..
- При чем тут мой возраст? Это мои родители! Я не хочу огорчать их…
- А меня, значит, огорчать можно? – он неосознанно выдвинул вперед нижнюю челюсть.
- Ну, вот… Ты обиделся… - расстроенно произнесла девушка.
- Нет, ничуть! Я тебя понимаю, правда! – но голос просто кричал о другом.
- Тогда посмотри на меня!
- Зачем? – он не поднимал взгляда от руля.
- Ким Намджун! Взгляни на меня!.. Пожалуйста... – уже совсем тихо добавила она.
Парень неохотно повернул к ней голову, сидя вполоборота.
И Ми Сун, положив концерт на переднюю панель, обхватила его лицо ладонями и, приблизившись, заглянула в глаза под нахмуренными бровями:
- Я, правда, хочу этого. И постараюсь прийти на твой концерт. Правда, постараюсь! Но если вдруг не получится – не обижайся, хорошо?
Он смотрел на нее, не отрывая взгляда, потом молча кивнул.
И тогда девушка поцеловала его в упрямо сжатые губы. И целовала до тех пор, пока губы эти не расслабились, и рэпер не перехватил инициативу, положив руки ей на спину и притянув к себе. Ладони его забрались под олимпийку и тонкую маечку и огладили теплую кожу, поднимаясь все выше и выше к лопаткам и снова спускаясь к талии, такой тонкой, что, казалось, мог полностью охватить ее длинными пальцами.
Потом одна из ладоней отправилась в исследование нежного живота, и мышцы девушки невольно сжались, и она дернулась назад. В легких уже не хватало воздуха, и она выдохнула горячечно:
- Намджун!..
Он прижался лбом ко лбу девушки и пробормотал, прикрывая шальные глаза:
- Так бы и не отпускал тебя никуда…
- Завтра суд. Мне нужно выспаться, чтобы голова соображала.
- Уже завтра? – удивился он, немного отстранившись, чтобы видеть ее лицо с припухшими заалевшими губами.
- Да, - кивнула Ми Сун. – Теперь точно всё. Следствие закончено. Осталось только судебное заседание. С радостью прослежу, как эту «сладкую парочку» засадят на несколько лет.
- Парочку? Ты кого имеешь в виду?
- Рю Бом Гиля и этого Дон Гу. За ними обоими такой хвост тянется, что на свободу они выйдут не скоро.
- А что с девушкой?
- Ее отпустили, поскольку выяснилось, что она, действительно, не причастна к их делишкам. Брат ее так рьяно доказывал на допросах, что все организовал и сделал он, а девушка только согласилась помочь ему, не зная подробностей дела.
- На суд ее все-таки вызовут?
- Да, но только как свидетеля, - и спохватилась. - Ох, пора тебе ехать! Тоже ведь устал за день.
- Устал, конечно, - усмехнулся музыкант. – Но стоило увидеть тебя, поцеловать, такую сладкую, - и словно энергией напитался!
- Ишь ты! Вампир энергетический! – засмеялась она.
- Ага… Он самый! – и он опять прикоснулся, погладил щеку.
- А еще – маньяк тактильный!
- О да-а-а!.. – протянул он. – Трогать тебя – это самое лучшее! – и опять попытался забраться ей под олимпийку горячими ладонями.
- Ой, а вот руки распускать не советую! – отпрянула она.
- А то что? – лукаво улыбнулся он.
- Могут сработать рефлексы. И тогда я не дам и ломаной воны за твою целость и сохранность, - широко разулыбалась она, по-акульи показывая все зубы.
- Ох, да ты страшная женщина! Боюсь-боюсь! Пощадите, капитан! – а сам не переставая гладил обнаженную кожу под маечкой, лаская большими пальцами.
- Намджун, - она смотрела серьезно. – Сам же потом мучиться будешь…
- А кто мне может помочь? – вкрадчиво заглянул он прямо в глаза, пытаясь прочесть в них ответ.
- Не я, и не сегодня, - отрубила она, посмеиваясь.
- Боже! Тебе нравится мучить меня, да? – жалобно спросил рэпер.
- Ты сам себя мучаешь. Ладно, Намджун, тебе, правда, пора!
- Да… Хотя и не хочется уезжать от тебя… Хорошо выспись!
- И ты тоже спи хорошо! – она взяла конверт с билетами и, уже открыв дверцу машины, обернулась к нему и добавила:
- Езжай осторожно!
- Хорошо!
Ми Сун подождала, пока парень отъехал, и, помахав вслед (он наверняка увидел это в зеркале заднего вида), пошла к подъезду.
***
Девушка совсем закрутилась с работой и совершено забыла о данных ей Намджуном билетах на концерт. А утром в субботу, проснувшись и сладко потягиваясь на кровати, подумала о том, что наконец-то опять выходной. Сегодня суббота, а, значит, вечером она увидится с родителями и братом.
И вдруг подскочила, как ужаленная. Суббота! И концерт! Боже! А где билеты?
Она вскочила с постели, подлетела к компьютерному столу, начала лихорадочно перебирать бумаги, лежашие на нем. Но ничего, и отдаленно напоминающего конверт, не обнаруживала. Сквозь обычную невозмутимость начала прорываться паника! Да куда же она его сунула?!
