– Ты ничего не хочешь сказать?
Тут она улыбнулась напряженной, недоброй улыбочкой.
– Нет, зато я хочу кое-что сделать.
Должно быть, пистолет все это время был заткнут за подушки кресла. Выстрел прогремел, подобно раскату грома. Пламя прожгло дырку в покрывале на кресле.
Уиллет выронил свое оружие, сделал два неуверенных шага вперед, прижал руки к груди. У него подогнулись колени, а в следующий миг я бросился с места, преодолевая небольшое пространство, отделявшее меня от нее. Я сжал ее запястье, когда она уже направляла пистолет на меня. Он выстрелил, но мне всего лишь опалило щеку. Опрокинув кресло, мы с ней шумно повалились на пол. Я вырвал пистолет у Морин из руки, грубо ее оттолкнув, и кое-как поднялся.
– Так-так, спокойно, – произнес Мифлин, остановившись в двустворчатых дверях, а затем они с Джеком Керманом вошли в комнату.
– Ты в порядке, Вик? – спросил Керман.
– Ага, но вы слышали все это?
– Слышали, – подтвердил Мифлин. – Он серьезно ранен? – И лейтенант подошел к Уиллету.
– Держите ее! – крикнул я, бросаясь вперед.
Морин метнулась к выходу. Я попытался ее перехватить, но она была слишком проворна. Она выскочила на веранду, сбежала по ступеням.
– Он умер, – услышал я слова Мифлина.
Мы с Керманом кинулись за Морин и добежали до первой садовой террасы, когда она была уже на четвертой. Я ухватил Кермана за рукав и удержал.
– Пусть Мифлин за ней гоняется, если она ему нужна, – сказал я.
Мифлин, громко топая, спустился к нам.
– Куда она побежала? – спросил он.
Я указал рукой.
Бегала Морин хорошо и уже находилась на нижней террасе. Мифлин припустил было за ней, но потом остановился. Она неслась прямо к краю скалы и сделала еще один шаг, когда край остался позади.
Несколько мгновений мы стояли неподвижно, прислушиваясь и выжидая. Однако мы ничего не услышали. Впечатление было такое, будто пространство между скалой и морем разверзлось и поглотило ее.
– Это наилучший для нее выход, – сказал я, повернувшись в сторону дома.
Я чувствовал себя подавленным. Пусть она была сумасшедшая, но такая красивая, а мне всегда жаль красоту.
Когда мы вернулись на веранду, я спросил Кермана:
– Так ты сам забрался на скалу?
Он кивнул.
– Я полез через выступ, – произнес он, театрально пожав плечами. – Этот момент будет мне сниться до конца дней. Паула где-то в доме. Она ищет Дженет Кросби.
– Теперь придется объяснять все Брендону, – сказал я Мифлину, когда тот, тяжело дыша, поднялся к нам. – То-то будет весело.
– Разбилась вдребезги, – сообщил Мифлин, сверкнув на нас глазами. – А вы, двое умников, идемте со мной в дом, поговорим!
Мы вошли в дом и поговорили.
