Речинский рассказал все, что знал об аварии и участниках происшествия, выслушал советы что делать и к кому обратиться. Пока Ксения с Анисимовым составляли протокол, Илья налаживал контакты. Попросил прочитать документ перед подписанием, хмуро выхватив его из рук Ксюши до того, как за него схватится следователь, кивнул, подождал, пока оформят подписку о невыезде и, взяв девушку за руку, повел из больницы.
– Я хотела еще раз посмотреть на Еву… – неуверенно прошептала она парню, когда они подошли к лестнице.
Тот молча кивнул, стиснув зубы, когда заметил, что мать Ксю снова плетется за ними.
В реанимацию их не пустили, увидев количество посетителей, но рассказали что девочка стабильно-плоха. Лесину это привело в еще больший раздрай, и парень счел разумным побыстрее увезти ее, чтобы отвлечь от неприятностей.
– Можно мне воспользоваться твоим телефоном? – попросила девушка, когда они сели в машину, расставшись с ее матерью у выхода из здания больницы.
Илья выгнул бровь, но протянул ей мобильный, заранее разблокировав экран и выйдя в меню звонков.
Ксю медленно набирала цифры, видимо попутно вспоминая правильный номер, и откинулась в кресле, поморщившись от боли.
– Але? Свет?
Понятно. Подруге своей названивает.
– Это Ксюша. Лесина… Да… тут такое дело, мы попали в аварию… Да… Да буду дома…. Да, конечно… жду…
Нажала отбой и вернула аппарат владельцу.
– Ты… поедешь завтра к отцу?
Речинский покосился на пассажирку.
– Да.
– А… во сколько?
– Не знаю. После универа.
Дальнейших вопросов не последовало, и Илья сосредоточился на дороге.
У дома уже стояла машина Светы, а завидев, что из авто помогают выбраться Ксюше, показались еще и Лина с Мариной.
– Боже, Ксю, что случилось? – подруги бросились к ней.
– Авария, – у Лесиной навернулись слезы при виде девчонок. – Как вы тут все оказались?
– Отпросились! К черту эту работу, когда тут такое! Что!? Где? Как это произошло? – посыпались вопросы.
Ксю виновато глянула на Илью, тот хмуро окинул присутствующих своим фирменным взглядом и сел в машину.
– Дай мне свой телефон, – вдруг попросил, открыв водительское окно.
– Я… у меня пока нет сотового. Я не знаю, где он…
– Домашний, значит, дай! – раздраженно.
– А.. да, пиши… – продиктовала.
– Пока, – и парень взвизгнул шинами, оставляя глубокую колею в мокрой земле, а Ксю поспешила набрать код на домофоне. Сумку с ключами ей вернули, а «лентяйка» от ворот осталась в искореженной машине. Наверное, там же, где и телефон.
В доме подруги взяли на себя организацию чая, Света помогла Лесиной привести себя в порядок после аварии и больницы. Девушки внимательно слушали рассказ о том, как всё произошло, охали, говоря о маленькой Еве.
И все вместе думали, где и как доставать деньги на лечение. То, что они понадобятся, ни у кого не вызывало сомнений.
Илье позвонили утром следующего дня, сообщив, что отец в сознании. Забив на универ, парень прямиком направился в больницу. С ним просилась Люба, которая, как только узнала от него, что случилось, беспрестанно ходила следом за парнем по дому и причитала. Пару раз Илья слышал от нее нелестные эпитеты в адрес «помешанной девки из седьмой», но не спешил спорить. Бесполезно. Да и желания не было.
Любу он с собой взял, но в отделение интенсивной терапии ее, не состоящую в родственных отношениях с больным, не пустили. Илья про себя позлорадствовал, но виду не показал.
Отец лежал в светлой одноместной палате, утыканный датчиками. Глаза были закрыты, но при звуке открывающейся двери он приподнял веки, чуть сощурившись.
– Сынок… – хрипло произнес.
– Папа, – Илья сам смутился такому обращению, но продолжил. – Привет.
В ответ лишь глухой стон и снова закрытые глаза. Молчание затянулось, Илья было подумал даже, что отец снова уснул, но тот снова взглянул на него.
– Ксения…
– С ней всё нормально.
– Жива?
– Да, почти не пострадала. По сравнению с тобой.
– Если нужны деньги…
Илья решил попробовать рассказать.
– По всей вероятности у нее будут проблемы с полицией.
– Позвони… Юре… Юрию Дмитриевичу… – кашлянул. – Скажи, я велел… Это юрист мой…
– Позвоню.
– А лучше… – снова прокашлялся. – Набери мне… офис сейчас. Я сам…
Илья не стал мяться и откладывать. Всё будет делаться быстрее, если отец сам займется всеми финансовыми и юридическими сторонами дела.
Послушав, как Стас хриплым голосом дает указания, попутно доказывая собеседникам, что это действительно Станислав Речинский и его нужно слушать и выполнять, Илья осознавал, как далек от отца. И как по-детски он себя порой вел, пытаясь ему что-то доказать.
Когда он вышел из отделения, отмахнувшись от беспокойной Любы, он уже имел четкие указания и план действий касательно всей ситуации. Сотрудники отцовской фирмы уже начали работу с полицией, сам Илья попытался, правда безуспешно, узнать, что и сколько понадобится для лечения дочери Ксении. Решил, что заедет за ней позже, и она как мать сможет узнать что-то более определенное.
