Организационное заседание создателей КРН состоялось в ночь на 1 января 1944 г. в Варшаве на улице Твардей, 22. В первый состав КРН вошли 19 человек во главе с избранным председателем КРН, членом ЦК ППР Б. Берутом{171} и его заместителями от оппозиции в РППС Э. Осубка-Моравским и коммунистом с довоенных времен, деятелем крестьянского движения В. Ковальским, представлявшим левых людовцев. КРН приняла первые декреты. Важнейшими были документы о создании на базе ГЛ Армии Людовой (АЛ) под командованием генерала М. Жимерского («Роля»){172} и начальника штаба Ф. Юзьвяка, а также об организации подпольных органов власти – воеводских, побитовых, городских и гминных рад народовых. Было сформировано восемь воеводских и десятки рад народовых на местах, создавались фабричные комитеты в промышленности, фольварочные в деревнях. Правовой основой своей деятельности КРН объявила Конституцию 1921 г. КРН отказала правительству в Лондоне в праве выступать от имени польского народа, уведомила союзные Польше государства о своем образовании, предложив установить официальные отношения. Наконец, Рада заявила о готовности присоединиться к союзному договору между СССР и Чехословакией от 12 декабря 1943 г. (такая возможность для Польши предусматривалось этим договором[599]). Наконец, Рада обратилась к СССР, США и Великобритании с просьбой о помощи Армии Людовой оружием.
Таким образом, объявление польскими коммунистами об учреждении КРН и ее органов на местах свидетельствовало, что на лево-радикальном фланге политического подполья был сделан первый шаг к оформлению системы власти, альтернативной структурам правительственного «подпольного государства». Партия, которая инициировала этот процесс, располагая вооруженными силами в лице АЛ для ведения партизанской войны с оккупантами, сделала заявку на перемещение в центр будущей политической борьбы за облик послевоенной Польши. В момент, когда в правительстве и подчиненном ему подполье одерживали верх сторонники непримиримого курса в отношении Москвы и в еще большей степени – в отношении ППР, это означало, что вместо объединения национальных сил на антигитлеровской основе произошло резкое политическое размежевание. Столкновение двух претендентов на власть, далеко неравноценных по общественной поддержке в стране, расходившихся в понимании национально-государственных интересов Польши и путей их достижения (вместе в Советским Союзом или в противостоянии ему), становилось неизбежным. Исход борьбы в немалой мере зависел от развития ситуации на советско-германском фронте, от политики западных держав в отношении союзного им польского правительства, а также его подполья в стране и от политической поддержки ППР советским руководством.
Весной 1943 г. вновь встал вопрос о формировании на территории СССР польской воинской части. В основу нового плана действий лег старый вариант – тот, который предлагал Берия Сталину осенью 1940 г., прорабатывался в начале 1941 г. (была подобрана группа из 24 офицеров и среди них подполковник С. Берлинг) и утвержден ЦК ВКП(б) и Совнаркомом СССР 4 июня 1941 г.{173} Предложения о создании польских вооруженных сил поступали и «снизу», от тех польских офицеров, которые отказались покинуть СССР в составе армии Андерса и желали совместно с РККА вступить в борьбу против гитлеровской Германии. С такой идеей, в частности, выступил летом 1942 г. некто «Станислав Лиманович» в журнале «Нове виднокренги» («Новые горизонты»), издание которого возобновилось в Куйбышеве в мае 1942 г. Автором статьи был С. Берлинг. Он не подписывался своим именем, поскольку командовал эвакуацией армии Андерса через базу в Красноводске и прослыл в ее рядах просоветски настроенным офицером, хотя таковым вовсе не был[600].
Отказ польской стороны направить сформированные дивизии армии Андерса в бой вместе с Красной Армией повлиял на настроения политически активной части поляков в СССР: активизировались люди левой и в разной мере просоветской ориентации. Выразителем этих настроений стал журнал «Нове виднокренги». Вокруг журнала, а также польских редакций Всесоюзного и Украинского радио группировались польские коммунисты. Осенью 1942 г. они пришли к убеждению о необходимости создать в СССР патриотическую общественную организацию, которая выражала бы интересы значительной части польского населения на неоккупированной гитлеровцами территории СССР{174}.
