Несомненно, события 11 декабря создали дополнительные препятствия морального свойства для тех депутатов-центристов, которые не прочь были сотрудничать с правыми в предстоявшем деле формирования правительства. Что касается левых депутатов, то они после церемонии присяги президента постарались еще больше углубить раскол в парламенте. Вся вина за беспорядки возлагалась ими на правых, а ЦИК ППС призвал рабочих к забастовке протеста. События имели продолжение вечером того же дня. На конфиденциальном заседании кабинета министров с участием маршала сейма М. Ратая Пилсудский заявил, что в ситуации, когда нарушается порядок, президент подвергается оскорблениям, а правительство не реагирует, он просит «дать ему власть», чтобы «успокоить улицу». Участники заседания отказали Пилсудскому, понимая, что согласие было бы равнозначно не просто продлению полномочий начальника государства, но и создавало бы сложную правовую ситуацию в верхних эшелонах власти.
14 декабря в Бельведере состоялась процедура передачи полномочий главы государства Нарутовичу. Она прошла в крайне нервной обстановке, Пилсудский не захотел сдерживать переполнявших его негативных эмоций, выплеснув их на высших должностных лиц государства, присутствовавших на торжественной церемонии[296].
Спустя два дня произошло трагическое событие, которое потрясло Польшу и попало на первые страницы мировой прессы. При осмотре художественной выставки в выставочном зале «Захента» президент Нарутович был смертельно ранен тремя выстрелами в спину. Он умер в тот же день, не приходя в сознание. Убийцей был Э. Невядомский, несостоявшийся художник, искусствовед, служивший в Министерстве культуры. В молодости он был членом Национальной лиги. Знавшие убийцу люди считали его психически неуравновешенным, легко внушаемым человеком. Следствием в качестве основной и единственной была изначально выбрана версия, что никакого заговора не было, Невядомский действовал по собственной инициативе. Причем, по его словам, вначале он намеревался убить Пилсудского. Но после президентских выборов решил, что теперь главным злом для Польши стал Нарутович – атеист, ставленник национальных меньшинств, прежде всего евреев.
Левые, не дожидаясь итогов следствия, возложили моральную ответственность за смерть президента на национальных демократов, актуализировав тем самым начавший было затухать общественный конфликт. Особую активность проявило окружение Пилсудского. Как только стало известно о трагическом происшествии в «Захенте», в здании Генерального штаба состоялось совещание с участием видных пилсудчиков. По их решению под контроль армии были немедленно взяты Министерство внутренних дел и городская комендатура полиции, среди высокопоставленных чинов которых было немало людей, связанных с пилсудчиками и «двойкой». Одновременно эта группа вместе с руководителем варшавской организации ППС, известным пилсудчиком Р. Яворовским постановила провести «карательную операцию» против правых и в течение 24 часов физически уничтожить их лидеров. А затем в Варшаву вошли бы войска под командованием маршала и восстановили спокойствие и порядок.
Фактически пилсудчиками буквально «на ходу» был составлен план, который в случае его реализации должен был позволить их вождю не только разделаться с непримиримыми политическими противниками, прямо в этом не участвуя, но еще раз сыграть роль спасителя родины, на этот раз от разгула уличной стихии. Участники совещания в Генеральном штабе намеревались воспользоваться проходившими в тот же день похоронами убитого 11 декабря дружинника ППС. По решению варшавского комитета партии к участию в траурной церемонии были привлечены тысячи сторонников ППС, за порядком в ее ходе следила партийная милиция ППС. Спровоцировать людей на акцию возмездия не представляло особого труда. Однако это не удалось. Один из наиболее авторитетных лидеров ППС И. Дашиньский, случайно узнавший о намерении физически уничтожить лидеров и активистов эндеков и христианских демократов, этот план не только не одобрил, но и пригрозил дисциплинарными мерами тем членам партии, которые нарушат его запрет. И пилсудчики, не имея в тот момент достаточных сил для возвращения своего кумира во власть, вынуждены были отказаться от приведения плана в действие до лучших времен. Как показали дальнейшие события, идея возвращения Пилсудского на Олимп власти с помощью неконституционных действий, прикрываемых массовыми выступлениями введенных в заблуждение людей, с этого момента была взята на вооружение окружением маршала. Таким образом, лагерь оппонентов политической системы, установленной Мартовской конституцией, пополнился еще одной политической группировкой, выделявшейся среди прочих наличием харизматического лидера, как тогда говорили – вождя.
