— Конечно, нет. Но в данном случае — это существо ясно обозначило свои намеренья. Не стану, пожалуй, вас ими загружать. Касательно Евдокии, в её словах не стоит сомневаться. — Фею показалось, что последнее предложение русландец произнёс со стеклянным взглядом.
— Значит вы хотите, чтобы я собрал под своим руководствам людей и направил их на схватку с шурдами.
— Нет. Вы должны собрать под своим руководством людей и направить их в схватку, из которой они не должны выбраться. Всех, кто уцелеет — добьёте. На Землю никто кроме вас не должен вернутся.
— Что стоит за умерщвлением всех этих людей?
— Благо наших стран и ослабление наших же противников. Больше вам знать не следует. Фей вы готовы исполнить свой долг перед империей?
Фей вскинул голову твёрдо смотря на собеседника.
— Я слеп к страданиям врагов. Я глух к их мольбам. Я нем в робости. Я не ощущаю веса клинка в своих руках. Я не ведаю груза вины на сердце. Воля императора — моя воля. Я исполню свой долг без колебания! И смерть я приму с улыбкой, не отступив от цели!
— Достойно. Но вы нужны своей империи живым. Поэтому, теперь настало время вам усилится, расширив свои возможности, как отмеченного системой.
— Что Вы имеете ввиду?
— Лишь то что, я сказал. Мы передадим вам способность другого вернувшегося. Она может оказаться крайне полезной в вашей миссии.
— Как?
— Поясню чуть позже. Нам уже пора. У вас будет всего неделя на её освоение. Нужно поторопится. — Распутин встал из-за стола, направившись к выходу.
— Куда мы направляемся?
— В исследовательский военный комплекс Цао Цао.
Интерлюдия 2
— Да. Вас понял. Будет исполнено. — Капитан повесил трубку коммуникатора поворачиваясь к лейтенанту. — Сообщи чжунсао Джао, что мы готовы передать заключённого под их ответственность. Товарищ Распутин уже направляется сюда с рипициентом. И уточни, выполнили ли они все указания по подготовке помещения к содержанию «этого». — Капитан качнул головой в сторону.
— Будет исполнено. Разрешите идти?
— Иди.
Чжунсао Джао находился в первом транспортном подземном ангаре. Обычно забитый до отказа, сейчас ангар был практически пуст. Кроме двух толстостенных грузовых контейнеров, соединённых между собой двухметровым переходом, снабжённым сразу тремя гермодверями и полусотни солдат, по большей части русланских, тут ничего нет. Стулья и те были убраны, а персоналу строжайше запрещалось ставить на пол или прислонять к стенам какие-либо предметы.
Вот и сейчас Джао наблюдал картину как русландский офицер распинал солдата за то, что тот присел рядом со стеной завязать шнурок. «Параноики»-подумал Джао, переводя взгляд на контейнеры.
Когда он в первый раз их увидел, то подумал, что внутри монструозное чудовище, прибывшее из другого мира. До этого он уже был наслышан о вернувшихся, и кто знает, что могло пролезть ещё на Землю. Стоило ему взглянуть в перископ на пленённого, как он непонимающе отпрянул. Протерев глаза, взглянул вновь. Всё было по-прежнему. Внутри находился обычный человек полностью обнажённый, европеоидной внешности, крупный, высокий, со светлыми коротко остриженными волосами и небольшой татуировкой на груди. Кроме него не было ничего.
Еда ему выдавалась дважды в день из механизма вмонтированного в стену контейнера. Когда приходило время кормёжки, из отверстия по желобу из прозрачного резервуара подавалась кашеобразная субстанция. Никаких столовых приборов не предусмотрено, даже трубочка, позволившая бы потреблять пищу не запрокидывая голову, отсутствовала. Вода выдавалась таким же образом, тоже из полностью прозрачного резервуара. Внешних способов пополнения еды и воды не было.
Вентиляция так же отсутствовала. Каждые три часа звучал сигнал, требующий от заключенного перейти в соседний контейнер. Сначала открывалась дверь первого отсека, после того как заключенный попадал в коридор, она за ним закрывалась. Потом открывалась вторая дверь, заключённый переходил во вторую часть коридора и только потом он оказывался в соседнем контейнере наполненным воздухам. Накачка его происходила через одно единственное отверстие, которое имело сразу четыре, толщиной с ладонь, гермозадвижки. Круглосуточно за ним наблюдало двое солдат, неотрывно смотрящих в перископы. В контейнерах отсутствовал также туалет, из-за чего нужду он справлял в углу.
Джао было не дозволено знать о возможностях заключённого. Однако он не удержался от вопроса, поинтересовавшись: — «Почему нельзя прибрать камеру, пока пленник находится в соседнем отсеке». «Исключено протоколом безопасности»-сухо, без всяких пояснений, ответил ему ответственный за содержание русландский капитан.
