— Как для бывшего государственного служащего девятого ранга Священной Империи Гетланда, для меня большая честь поступить к вам на службу в чине младшего адъютанта. И я готов преступить к исполнению приказов немедля, но соглашение «О помощи и сотрудничестве», статья два, пункт два, подпункт три, требуют, чтобы я убедился в действительности вашей личности. Дозвольте мне увидеть грамоту о вашем происхождении, или символ рода, или слуг, что могли бы потвердеть Ваш статус? — С насмешкой взглянул я на девушку. В эту игру можно играть вдвоём.
— Ты сам сказал, что нас похитила некая система и перенесла неведомо куда. Грамоты у меня имеются естественно, но не здесь.
— Ах, вот так жалость! Что ж, если ты не в состоянии доказать, что ты — это ты, то и требовать что-либо от меня, не вправе.
— Раскрой глаза, чернь! Перед тобой дворянка! Даже такой остолоп должен отличать благородных от простолюдинов!
Чем-то напуганные птицы пронеслись над головами.
— Думаю, ты скоро сможешь обсудить своё дипломатическое положение с местными жителями.
— Объединение. На равных. Так и быть окажу тебе честь. — Девушка поняла, что крыть ей нечем, и предложила компромисс.
— С чего такая щедрость?
— Если ты не заметил, то я не солдат. К тому же ты не ответил ещё на один мой вопрос. Как получить опыт?
— Опыт получить проще некуда. Убивай.
— Убивать? Кого?
— Любого, кто покушается на твою жизнь. Только так можно получить опыт и вернуться. Что касается сотрудничества, так и быть, я согласен. На равных и без капризов. — Она может мне пригодиться в переговорах с другими людьми. Как не крути — за километр видно, что она из благородных. И то, что она из Нортумбрии вдвойне хорошо. У них половина планеты в союзниках и вассалах. Используя её имя, мне будет нетрудно привлечь на свою сторону выживших в первой волне. Только её нрав… Чувствую, натерпеться придётся с ней. Как бы мне это боком не вышло.
— Да будет тебе известно, что люди благородного происхождения отличаются стойкостью и выдержкой.
— Как скажешь. А теперь пошли, нам нужно найти людей и желательно не попасться шурдам.
Надеюсь, система учла ошибки прошлой волны и сузила зону высадки. Если ей нужен результат, логичнее так и поступить. Внутри горело желание думать, что увеличение контингента людей на целых три тысячи является следствием учёта предыдущей ошибки. Чего бы система ни хотела, для реализации ей требуются люди. Обнадёживает и даёт надежду то, что она будет корректировать свои действия для повышения людской эффективности. Вот только это напрямую зависит от числа и силы противника. Очевидно, что десять дней назад мы столкнулись с неподготовленным к нашей встрече врагом. И всё равно по итогам он оказался победителем. Сейчас же может случится так, что мы уже являемся не внезапной угрозой, а вполне ожидаемой и желанной добычей. Лес вокруг города, который я видел, наверняка кишит шурдами. Да и что там делать, куда идти. Остаётся два варианта: либо вглубь города, либо к реке, попытаться сплавиться по ней до других земель в надежде на то, что там будет менее опасно. Система не давала никаких ограничений по передвижению, а значит, покинуть город без последствий можно. Только вот где гарантии, что дальше шурды или иные существа будут более дружелюбными. Мы, как ни крути, вторженцы. Произойди такая ситуация на Земле, чужаков, вероятнее всего, тоже бы начали истреблять.
Сзади раздался вскрик в очередной раз оступившейся девушки. Первые пять раз я пытался ей подавать руку из вежливости, но она горделиво отказывалась. Сейчас, когда она снова оступилась, смотрит на меня укоряющим взглядом. Мол: «Вот же деревенщина, даже не соизволил руку подать». Конечности целы — и ладно, а глядеть на меня можешь сколько угодно. Местная звезда ещё не вошла в зенит, так что терпи. Впереди долгие часы шатания по руинам города, которые затопило зелёное море природы.
Однако, как красиво сказал! Чувствую себя Нероном, смотрящим на горящий Рим. Сила и пыл стихии не могут не восхищать, пусть даже за этим стоит смерть, разрушение и таится опасность. Красиво тут, нечего добавить
