Другая часть переделывалась в легкие бомбардировщики. Они оставались двухместными, но оснащались бомбовыми прицелами, переговорными устройствами и восемью универсальными держателями под крыльями.
Меньшая же, третья часть, становилась специализированными разведчиками. В дополнение к ближней радиостанции они несли и достаточно мощную с хорошей дальностью, а также фотоаппаратуру и довольно серьезные оптические средства наблюдения.
Переделки в целом минимальные. Больше с новыми двигателями возились, чем со всем остальным…
– Бомбы! – как-то воскликнул на совещании Фрунзе. – Вот что важно! У нас ведь их толком-то и нет!
На самом деле Михаил Васильевич грешил против истины. Бомбы были. Но, в основе своей переделанные из старых артиллерийских снарядов. Что создавало и трудности, и путаницу, и бардака. Да и боевой эффективности не добавляло.
В оригинальной истории этим вопросом занялись только в начале 1930-х, в этом варианте реальности – уже в 1926 году. И к 1928 году имелся мало-мальски налаженный выпуск некоторого стандартного ассортимента таких боеприпасов.
Первым делом решили вопрос с выпуском фугасных бомб. Пока что самых простых. Обычный чугунный литой их корпус начинялся взрывчаткой. Ничего необычного. Все предельно просто и примитивно как мычание. Но главное – размеры стандартные как и точки крепления. Выпускались в калибре 100 и 250 килограмм.
Потом Михаил Васильевич наладил выпуск осколочных бомб. Они представляли собой достаточно тонкостенные стальные сварные корпуса, внутри которых располагалась как взрывчатка, так и пара слоев надсеченной каленой проволоки приличного диаметра. Выпускались 50-килограммовыми. В теории можно было бы и меньше калибр делать, но Р-1 имел возможность только внешнего подвеса бомб, причем в ограниченном количестве. Так что пока обходились вот таким вариантом.
Самыми последними стали зажигательные, 250-килограмовые бомбы. Сварной их корпус был наполнен пирогелем. То есть, простейшим напалмом на основе смеси солярки и гудрона, в который добавляли взвесь из смеси селитры и магниевого порошка.
В какой-то момент Фрунзе хотел сделать ставку на фосфорные бомбы. Но вмешалось два ограничения. Во-первых, их не было смысла делать большими, а решать вопрос со сбросом большого количества мелких боеприпасов с Р-1 не хотелось. Морока. Так-то их просто скидывали вручную, но это неправильно и в общем-то бестолково. А если по уму, то либо кассетные боеприпасы создавать, либо еще что-то выдумывать. Во-вторых, такие бомбы с пирогелем при подрыве расплескивались, заляпывая все вокруг зажигательным составом. Что выглядело намного эффективнее фосфорных зажигалок.
Кроме бомб, для Р-1МБ разработали простейшую систему модульных подвесных контейнеров. Строго говоря к марту 1928 года начали производить только один его вариант. Просто 7,92-мм пулемет с хорошим боезапасом. Что позволяло при необходимости на бомбовые подвесы Р-1 повесить аж целых восемь пулеметов. И управлять их синхронным огнем из кабины.
Жуткий шквал огня получался!
Прямо ураган!
Пока это была только опытная площадка для идеи. Пока. Но в дальнейшем ее собирались использовать много где…
Эти самолеты были основой.
Базисом.
Фундаментом авиации РККА.
Конечно, имелись и другие. Например, 167 истребителей И-2 Григоровича. Довольно посредственные машинки, но на роль истребителей сопровождения они вполне годились.
Еще были ИП-1.
Те самые, с которыми Фрунзе так возился.
Причем в двух вариантах. В базовой с V12 500-сильным двигателем BMWVI. И в улучшенной, на которую ставили доработанный R6 двигатель BMW V, который сумели форсировать с 320 до 500 лошадей и «перевернуть» картером вверх[23]. Выигрыш такой переход давал в два центнера, что было много для легкого истребителя. Да еще и аэродинамику ему улучшало с обзором.
Для полноты картины на ИП-1 оставалось только поставить воздушный винт с переменным шагом и каким-нибудь простеньким автоматом регуляции. Хотя бы даже и механическим. Но не успевали.
Увы.
Так что приходилось довольствоваться тем, что есть. И к 1 марту на балансе РККА числилось всего 209 ИП-1 и 38 ИП-1бис. Да еще 42 учебных варианта ИП-1.
Другим интересным сюрпризом для неприятеля должны были стать бомбардировщики «Илья Муромец». Их сборку с великими сложностями возобновили на Ленинградском заводе ГАЗ № 3, представлявшем собой часть эвакуированного из Риги Руссо-Балтийского завода.
Из отличий этого Илюши от модели ИМ-Е1 были только двигатели. Вместо старых 220-сильных двигателей RenaultWC ставили 320-сильные базовые BMW V. Что заметно поднимало и грузоподъемность, и потолок и скорость аппарату.
Собирали их штучно.
Медленно.
И к началу весны их имелось всего 17 аппаратов, сведенных в отдельный тяжелый авиаполк.
Конечно, какой-нибудь ТБ-3 мог бы их переплюнуть и в скорости, и в грузоподъемности, и в дальности. Но его не было. А они имелись. И собирались достаточно просто. Более того – дешево. Возможность же зайти на высоте в 3,5 км позволяло им вполне надежно работать по крупным целям. Если не поскупиться и прикрыть их истребителями сопровождения.
