О похоронах Ильи ему сообщил Пестряков. Ни жена – то есть теперь вдова Ильи, – ни его дочка не соизволили позвать Звоницкого на похороны. От этого настроение у Глеба, и без того мрачное и подавленное, сделалось вовсе уж невыносимым. Звоницкий поймал себя на мысли, а не зайти ли в ближайший супермаркет и не прикупить ли какого-нибудь качественного пойла типа виски или бренди…
Звоницкий нарочно прошел к дому длинной дорогой, чтобы не поддаться внезапному порыву. «
Дом встретил его привычными вкусными запахами. Варвара Михайловна хлопотала у плиты. Когда Звоницкий вошел, домработница воскликнула:
– Ах! Глеб Аркадьевич, как вы меня напугали!
Правда, в нарушение ритуала она не стала дожидаться, пока Звоницкий отдаст должное ее кулинарным талантам. Варвара Михайловна сняла фартук и прошествовала в прихожую, где принялась поправлять перед зеркалом седые, выкрашенные в голубоватый цвет кудри.
Звоницкий прислонился к косяку двери, провожая домработницу.
Варвара Михайловна внимательно осмотрела своего работодателя и заявила:
– Вы плохо выглядите, Глеб Аркадьевич!
– Зато вы прекрасно, Варвара Михайловна! – парировал Звоницкий. Домработница зарделась, как девочка. Комплименты она обожала. Кажется, Звоницкий был единственным мужчиной в ее жизни, от которого Варвара Михайловна их получала.
Голова продолжала болеть, ее как будто обручем стянуло, и Глеб ждал, пока пожилая женщина уйдет и можно будет наконец принять сильное обезболивающее.
Домработница покачала головой:
– Это началось тогда, когда вы, вместо того чтобы отдыхать после трудового дня и кушать мои блинчики, отправились в гости!
Разумеется, Глеб не стал посвящать домработницу в события той ночи.
– Все нормально, я просто устал, – вяло отозвался Звоницкий. – До завтра, Варвара Михайловна! Мои поздравления Алеше!
Домработница выронила сумку и прижала руки в необъятной груди:
– Ах! Как вы догадались?!
Звоницкий фыркнул, наслаждаясь произведенным эффектом.
– Как вы узнали, что у моего внука день рождения?! – не отставала Варвара Михайловна.
– Ну, это совсем просто! – развеселился Глеб. – Сегодня вы торопитесь, что бывает крайне редко. Кроме сумки, у вас в руках еще и пакет с логотипом «Детский мир». В нем коробка, на которой изображен… если не ошибаюсь, это Биотроникс. Вряд ли вы после работы играете в трансформеров, верно? Значит, подарок предназначен мальчику. Вы даже не спросили, как прошел мой день, – а вы проделываете этот ритуал на протяжении двух лет… Есть только один мужчина на земле, способный заставить вас нарушить ритуалы. Это ваш внук Алексей четырех лет от роду. Ну как?
– Блестяще! – воскликнула Варвара Михайловна. – Вы ошиблись только в одном…
– В чем же? – забеспокоился Звоницкий.
Домработница вскинула голову и, загадочно сверкая глазами, сообщила:
– Алешеньке пять. А в остальном вы правы.
Варвара Михайловна царственно выплыла из квартиры. Уже стоя у лифта, пожилая дама обернулась и произнесла:
– Вам бы преступления расследовать, дорогой Глеб Аркадьевич! Вы просто… просто Шерлок Холмс! Разумеется, не такой, как этот неврастеник из английского сериала, а тот, настоящий, – в исполнении блистательного Василия Ливанова!
Двери лифта с лязгом захлопнулись за спиной Варвары Михайловны, а Звоницкий все еще стоял на площадке и таращился в стену. Сама того не желая, домработница натолкнула его на довольно дельную мысль.
Добрейшая Варвара Михайловна понятия не имела, чем занимался ее хозяин до того, как поселился в этом доме и стал владельцем ветеринарной клиники. Вопреки распространенному стереотипу, что домработница должна совать нос в дела хозяев, Варвара Михайловна была нелюбопытна.
Ну, проживает Глеб Аркадьевич в одиночестве после развода с супругой – ну и что? Сейчас это дело обычное. Ну, прихрамывает, и со здоровьем у него проблемы. Так ведь не мальчик, пять десятков скоро… Кажется, домработница считала, что Звоницкий всю жизнь трудился ветеринаром. А о его работе в прокуратуре не имела ни малейшего понятия.
Но сейчас она высказала вслух то, что давно вертелось на языке у самого Глеба. А почему бы и нет?.. Пусть полиция делает свою работу. Но ничто не препятствует ему провести параллельное расследование. Мешать он точно никому не собирается… По крайней мере, будет уверен, что для друга сделал все возможное. И ради памяти Ильи, ради их прошлой дружбы… А также – чего уж кривить душой – ради того, чтобы не свихнуться от депрессии, внезапно вернувшейся после двух лет ремиссии, он готов к тому, чтобы провести собственное расследование и найти убийцу…
Похороны Ильи Петровича Старикова проходили на старинном кладбище в черте города, где были похоронены еще родители Ильи, бабушка, а также прочие предки. Звоницкий, несмотря на пробки, приехал вовремя – к началу печальной церемонии.
