– А почему бы и нет? Интересанты, как понимаешь, не только здесь сидят… Нам это тоже на руку. Одно дело – чисто "коммерческий" шпионаж – это, типа, "всем понятно"… Где-то даже и объяснимо! Бизнес у нас такой! И совсем другие пляски, когда туда приплетают ещё и конкретную уголовщину, да ещё в таком вот кривом исполнении.
То есть, с одной стороны, продажным полицейским довесили ещё и серьёзную статью за шпионаж в чьих-то там интересах. А с другой – неких, типа, "бизнесменов" ухитрились накрепко пристегнуть к банальной уголовщине.
Ибо работа в интересах зарубежных партнёров (и пофиг, кто они там такие на самом деле) тут особым грехом не считается. А вот устраивать сотрудникам конкурента такие вот грязные подставы – моветон!
– Так что – с о в п а л о это всё… Ну, кому-то больше не повезло, кому-то меньше. А кто и вовсе вовремя смотаться успел. Да и фиг с ним!
Ох, лукавит шеф!
Фиг с ним, ага… Ничего предсказывать не берусь, но и ничему не буду удивлён! Надо новостные сайты будет внимательнее просматривать, там иногда любопытные сообщения проскальзывают.
Но вывод оказался и вовсе неожиданным.
– Ты у нас, как это модно говорить, фигура ноне токсичная! И общение с тобою может кое-кому боком вылезти. Да и… – Рощин усмехается. – Гарью от тебя пахнет…
А потому меня срочно переводят в наш зарубежный филиал. Так сказать, с глаз долой.
– Дела сдать за три дня!
– Понял.
– Два дня – отдых. И будь готов к отлёту. Надолго…
Ну, отдых это дело нетрудное. Хотя, опять же – как посмотреть.
Смотался к сестре, заехал к родителям. Договорился о том, что мою квартиру сдадут. Официально, через агентство. Все, какая-никакая, а денежка родителям капать будет…
А больше… особо-то и нечего. Со знакомыми, благодаря длительным командировкам, я и так вижусь через год по обещанию. Девушки у меня никакой нет. Так что длительные проводы – это точно не в моём случае.
А вот поговорить с Машей Воропаевой не получилось. При всех, разумеется, никакого разговора не выходило. А её сослуживицы, как назло (впрочем, скорее всего, именно по этой причине…) не оставляли мне такой возможности. Когда бы я ни заглядывал к ней в кабинет, на пороге тотчас же возникала одна из её подружек. Сговорились они там все, что ли?
Скорее всего, да. Ибо "они" – "белая кость", все сплошь интеллектуалы, Сартра в своё время читали (или, хотя бы, обложку видели…), а мы – презренное быдло, работяги. Не тот, понимаешь ли, контингент!
Так вот и не вышло у нас с ней нормального разговора…
Ну и ладно!
– Ты, что ли, Артём будешь? – коренастый парень вывернулся откуда-то сбоку. Я даже и не заметил, откуда он подошёл!
– Ну, я…
– Петр, – протягивает он мне руку. – Будем знакомы!
По пути на базу, не отрывая взгляда от дороги, он коротко вводит меня в курс дела.
Страна тут небольшая, потому и дорог немного. И все они пролегают в весьма неудобных местах. В своё время их тут строили по приказу колонизаторов, так что никакие тягости и трудности белых господ не смущали абсолютно. Надо проложить двухкилометровую дамбу? Проложим… И пофиг, что требуемый для этого камень надобно таскать за полста верст. Прикажем – и хоть на руках дотащат! Зато, из пункта "А" в пункт "Б" можно будет доехать за несколько часов, а не за несколько дней. И прокладывали, мостя каждый километр дороги костями – в прямом смысле этого слова. Не хватало местных, завозили китайцев – не свои, не жалко…
Короче, за полсотни лет здесь построили несколько дорог. По тому времени – вполне современных. Не асфальт, разумеется, но ехать очень даже возможно.
А ехать – нужно!
Большинство продовольствия здесь произрастает в северной части страны, там и поля есть, да и климат более щадящий. На юг жрачку завозят автотранспортом. Это ещё очень даже неплохо, ранее на повозках доставляли…
На самом же юге с этим делом неважно. Так… кто-то… где-то… что-то там такое пробует выращивать… С переменным успехом.
Основная работа на юге – шахты. Собственно говоря, вся страна за их счёт и живёт. И вот с этим-то и возникают постоянные трудности.
Добываемое там сырьё стоит весьма и весьма недёшево, так ещё и сам процесс добычи тоже достаточно трудоёмок. Ну, как и везде в мире – работа в шахте синекурой нигде не является. Но местное население в этом видит почти единственный источник средств к существованию. И государство, надо отдать должное, это прекрасно понимает.
– Шахты и всё, что с этим связано, находятся под пристальным контролем правительственных уполномоченных. Там и полиция, и даже армия – все в одной упряжке топают. Взаимопонимание организовано на очень высоком уровне!
В шахтных поселках поддерживается относительный (а уж для местных – так и вообще почти запредельный) порядок. Никаких тебе разбоев и грабежей, даже и пьяные загулы не столь уж частое явление.
– Разборки тут быстрые. Накосорезил – на три года под землю! Убил или искалечил – вывезли в лес и шлёпнули. Судья задним числом любой приговор подпишет.
– Понял, – киваю в ответ. – Будем вести себя правильно! Ну, а мы-то здесь каким боком вылезли?
Мой попутчик только усмехается.
