– Платон Платонович! – взмолился Лешка Санин. – Не Рябов это. Я сам чувствую…
– Ты не должен ничего чувствовать, – снова оборвал его Недошивин. – И думать ничего не должен. Понимаешь, парень: ты не должен думать! Ты должен четко выполнять мои распоряжения!
Все же Недошивин с интересом посмотрел на Лешку, а потом обвел взглядом лежавшие окрест черные поля.
– Ну вот, – тихо произнес он, – кажется, я тебя понял. Знаешь, как это называется, Алексей? Печаль полей… О, это страшное, неодолимое чувство! Ты не за меня испугался. И даже не за себя. Это просто – необъяснимый страх…
– Вы не боитесь? – осторожно спросил Санин.
– Тебе показалось, что я одинок и беззащитен? Ты ошибаешься. Защитить себя я могу и без твоего макарова. Кстати, напрасно ты держишь его за поясом. Рискуешь набить себе саркому. Так умер от рака поэт Рембо. Он добывал в Африке золотой песок и всегда носил мешочек с золотом на поясе. Всегда на одном месте. Что же касается одиночества… Для меня бояться одиночества – всё равно что бояться самого себя. Только не думай над моими словами – хорошо?
Шофер молчал, томился. Но при этом он с облегчением понял, что поступил правильно. Оставлять Недошивина одного было нельзя. Шеф сам не хотел этого и был благодарен Санину. А что такое его благодарность, знал на Лубянке каждый. Редко бывал кому-то благодарен этот неприятный человек. Но уж если бывал… Словно угадав мысли Санина, Недошивин обаятельно улыбнулся, как умел иногда, обогнул капот машины и сел на переднее кресло.
– Бог с тобой, – душевным голосом сказал он. – Трогай и не пропусти поворот налево.
– Красный Конь направо, – нахально возразил Санин.
– Мы не в село едем, а на кладбище.
Санин снова испугался.
– У меня там встреча, – успокоил его Недошивин. – Хочу повидаться со своим дальним родственником. Об этой поездке не нужно сообщать Рябову. Я понимаю, что врать тебе генералу не с руки. Но ты сам, брат, виноват! Зачем ты за мной увязался?
– Может, я вас здесь подожду? – засуетился шофер.
– Поздно, милый Савельич! – усмехнулся Недошивин.
– Какой Савельич?
– Как?! – с театральным ужасом воскликнул Недошивин. – Мой личный шофер не читал «Капитанскую дочку»! Вернемся в Москву, первым делом запишешься в нашу библиотеку и прочитаешь прозу Пушкина. Потом перескажешь мне содержание со своими личными комментариями. Выполнять!
– Есть выполнять, – проворчал Леха, – а только что говорили, что думать не надо.
Недошивин рассмеялся и покачал перед носом шофера длинным указательным пальцем с прекрасно ухоженным ногтем.
– Думать и не надо! Пушкина надо читать!