— Что слышал?
— Ну, слышал вой или стон, чтото прозвучало только сейчас?
— Вроде и слышал, только что из того?
— Как это что из того? Ты что, не понял? Это был вой собаки; это они, это точно они. Заводи свой ТопТопыч, поехали. Быстро, говорю!
— Быстро, говоришь, давай быстро поедем, вот только куда? Туда, что ли, откуда эхо донеслось?
И молодой, но ранний повеса указал пальцем в небо. Это означало, что Николай сейчас был не прав. Дальний звук, даже если он и был в действительности собачьим воем, донёсся сверху, и определить по нему направление невозможно. В горах нельзя верить эху. Услышишь явный звук, а ложным окажется направление. Это известно каждому, а уж Николаю в первую очередь. Он, как и должно статься, быстро осознал эту неприятную действительность по скептически настроенному напарнику и сам тут же сник. Но очередная догадка вывела его из упаднического состояния, подсказав очередной план, и они вновь начали действовать.
— Знаешь что? Давайка поднимай свою возлюбленную задницу и двигай на восток! Обходи первые ущелья! Поскольку звук донёсся, значит, всё не так уж далеко. Если будем и дальше сидеть, как квочки, то всё равно цыплят не высидим.
— Вот это дело, командир, вот это точно, шеф, ну почапали: мальчики направо, дяденьки налево — по коням, шашки вон, рысью, маршмарш.
С этими словами они одновременно устремились вверх по склонам, но в разные стороны, что полностью соответствовало их новому плану.
17
Попытавшись вывернуться от болезненного захвата, а может быть, ещё и оттого, что силы его тоже иссякли, Туман повалился на спину, неуклюже дрыгая ногами, чтобы хоть както вновь перевернуться на брюхо. В данной ситуации действовать подругому ему было невозможно. Тут его и нашёл тот самый случай по имени — кердык. Палкан навалился на него всем своим истерзанным телом и мёртвой хваткой волчьей пасти вцепился в ненавистную глотку, полностью лишив противника возможности дышать. Прокусить врагу шею, порвать кровеносные артерии сил уже недоставало, да и длинная шерсть не позволяла этого сделать. Но смертельный захват состоялся. Оставалось только довершить начатое. Какоето время Туман предпринимал слабые попытки сопротивляться, но от этого силы ещё стремительнее покидали его. Последние судороги обескровленных мышц поверженного, некогда грозного барбоса быстро стихали, а Палкан, скорее от бессилия, продолжал, не шевелясь, лежать на уже мёртвом теле своего поверженного врага, судорожно сжимая свои челюсти. Разжать их почемуто не получалось, тело постепенно переставало ему подчиняться.
Такое бывает у бойцовых собак, когда те смертельной хваткой сжимают челюсти, а разжимать приходится хозяину, зачастую с помощью палки или ножа, вставленных промеж зубов. Но здесь был другой случай. При собачьих боях бывает много народу. Там есть кому помочь, а тут один на всю округу. Щенкинедокормыши не в счёт. Состояние Палкана было очень тяжёлым. Кровь не переставала сочиться из рваных ран победителя, сознание помутилось, глаза почти не видели свет, в ушах вместо дуновений ветра и песни жаворонка сплошное шипение, да громкие удары собственного пульса. Ядовитая гадина — смерть, хозяйка теперешнего положения, подошла еле слышно и стала прямо напротив его помутневшего взгляда. В затухающем сознании Палкана чётко, как барабанная дробь перед эшафотом, слышалось его последнее обращение к другу, ради которого он и совершил всё это.
«Санька, я иду, я скоро буду, я всё сделал. Санька, больше опасности нет, гуляй смело и мяч можешь пинать куда захочешь. Санька, приготовь мне молока, мне пить очень хочется, Санька, этот хорёк вонючий больше не поя…»
18
Расстроенный неудачей в поисках своего верного пса хозяин чувствовал себя преотвратнейше, как коброй ужаленный. Словно на плаху, шагал он усталой поступью к вершине ближайшего холма, вознося к её вершине свою нелёгкую ношу. Каждому известна старая кавказская мудрость: «В горах глазами близко, а ногами далеко». Пока станешь обходить эти прилегающие территории, потеряешь массу времени. Как опытный охотник, Николай не пошёл в обход окрестных ущелий, а решил действовать иначе: с вершины посмотреть на округу. Давнымдавно подобным образом поступал Наполеон — он со своими приближёнными восходил на ближайшую к сражению возвышенность и с неё озирал окрестности, отдавая ценные указания. Теперь наполеоновским при ёмом воспользовался Николай.
Не мудрствуя лукаво, он направился прямо на ближайшую сопку. Через некоторое время по методу полководца он уже осматривал окрестность. Вот только распоряжения отдавать было некому. Но этого и не понадобилось. В километре от их стоянки и брошенного там ТопаТопыча зеленела поляна, сдавленная невысокими отрогами предгорья. Зелень — это вода, а вода — это жизнь, а жизнь — это логово, вот только сейчас эта жизнь могла обернуться чьейто смертью. Николай без промедления рванул туда вниз по склону — напрямки.
