Внутри обширный, вымощенный булыжником двор был окружен тополями, затенявшими цветочные клумбы и мраморные статуи. В центре находился трехъярусный фонтан, капли которого падали в приятной гармонии. В стенах замка было тише, вокруг ходило меньше людей, и Орек испытал облегчение от меньшего количества звуков и запахов.
Горстка молодых людей бросилась вперед, чтобы забрать лошадей, приветствуя Кьярана поклонами и благоговением. Отец Сорчи торопливо повел их группу через двор, не давая конюхам времени слишком долго глазеть на Орека.
Они вшестером — Кьяран, его сенешаль, Сорча, ее братья и Орек — поднялись по пологим ступенькам к паре блестящих деревянных дверей, обитых кованым железом с резными узорами. Коннор и Найл отодвинули обе двери в сторону, пропуская их внутрь.
Воздух внутри замка был заметно прохладнее, и они прошли по короткому полутемному коридору, прежде чем оказались в большом зале. Орек не мог не поднять глаз, пораженный его размерами. Гладкие каменные полы образовывали узоры по всей просторной комнате, почти блестящие в мягком свете установленных фонарей и утреннем свете, струящемся через высокие шпиль-окна. Огромные деревянные арки обрамляли крышу, словно ребра, со стропил свисали знамена всех цветов радуги. В центре над ними возвышалась латунная люстра, над восковыми сталактитами весело горели свечи.
— Сорча Брэдей, лучше бы это была ты!
Орек остановился рядом с Сорчей, наблюдая, как молодая женщина спешит с другой стороны зала. Она была высокой для человеческой женщины, хотя все еще не такой высокой, как его пара, и вся в золотом. Ее волосы ниспадали тяжелым занавесом золотистых волн, а кожа отливала теплым цветом от солнца. Россыпь веснушек украшала ее щеки, когда они расплылись в широкой улыбке, а львиные глаза блестели. Когда она бежала к Сорче, светло-голубые юбки развевались вокруг ее длинных ног.
Сорча шагнула ей навстречу, широко раскинув руки.
— Эйслинн!
Женщины заключили друг друга в объятия, раскачиваясь взад-вперед и хихикая, как юнлинги. Они смеялись и болтали, отрываясь только для того, чтобы посмотреть друг другу в глаза и забросать друг друга вопросами со слезами на глазах.
Орек остановился, поняв, что это Эйслинн Дарроу, дочь и старший ребенок лорда Дарроу. Он не совсем был уверен, как должна выглядеть человеческая леди и аристократка, но Эйслинн выглядела не величественнее Сорчи и женщин Брэдей. Ее волосы были чистыми и блестящими, но без украшений, платье простым — ему показалось, что он даже увидел полосу грязи у нее на боку.
Он не знал почему, но Эйслинн сразу понравилась ему.
В свою очередь, когда Эйслинн, наконец, закончила восхищаться Сорчей, она окинула Орека пристальным взглядом, изогнув брови так, как, как он узнал, было свойственно исключительно человеческим женщинам. Самодовольная улыбка тронула ее губы, и она отошла от Сорчи, чтобы протянуть руку Ореку.
— В записке твоего отца почти ничего не говорилось, но… — она улыбнулась шире, когда Орек взял ее за руку и нежно пожал. — Я так понимаю, это твой красивый спаситель?
— Да. Это Орек из клана Каменной Кожи.
— Рад познакомиться с друзьями Сорчи, — поприветствовал он ее.
Взгляд Эйслинн остановился на Сорче, и его пара покраснела.
— Не знаю, Сорча, то, что ты была похищена, а затем спасена красивым мужчиной, звучит не так уж плохо.
Сорча издала испуганный смешок, прежде чем зажать рот рукой.
Эйслинн похлопала его по руке, ее улыбка была открытой и теплой, когда она сказала:
— Спасибо тебе за спасение моей подруги. Она слишком дорога всем нам, чтобы ее можно было забрать.
— Это всегда будет для меня честью.
Это заявление, казалось, понравилось Эйслинн, которая улыбнулась еще шире и повернулась, чтобы взять Сорчу под руку.
— Хорошая работа, — прошептала она, заработав игривый шлепок по руке.
Эйслинн похлопала Сорчу по руке в ответ, ведя их неспешным шагом дальше вглубь зала.
— Если мы сможем выудить его из бутылки, на дне которой он находится, мой брат почувствует облегчение, увидев тебя, — беззаботно сказала Эйслинн. — Он очень беспокоился о тебе, когда ты исчезла. Я никогда не видела его таким взволнованным. Надеюсь, это означает, что у него больше нет обид, на то что ты… — Эйслинн деликатно кашлянула, — отклонила его предложение.
Сорча издала горлом неопределенный звук, оглянувшись через плечо, чтобы найти Орека позади них. Он встретил ее широко раскрытые, полные боли глаза своим собственным мрачным взглядом. Губы Сорчи сжались, и он знал, что она прикусила щеку, буквально сдерживая слова.
Орек одобрительно кивнул ей.
В конце концов Эйслинн подвела их к мужчинам, которых возглавлял мужчина постарше. Этот действительно выглядел так, как Орек представлял себе благородного человека, одетый в богатую парчу и меха. Хотя он был старше, его плечи и грудь все еще были широкими, мускулистыми, а шрам пересекал половину лица чуть ниже правого уха. Возможно, в молодости его волосы были ярко-русыми, но теперь они стали почти белыми.
