— У нас не так много времени, на случай если ты не знаешь. Бой состоится завтра, и…
Каэрден вздохнул, опустил меч и бросил Мартину:
— Ладно, отдыхай.
Тот, пошатываясь, подошел к стоящему на траве кувшину, поднял его и принялся жадно пить, проливая воду на грудь. Каэрден подошел к Армайд и Леу.
— Будь у меня время, может, я и смог бы сделать из него более-менее приличного бойца, — сказал он, хмурясь. — Но один день — что можно успеть за день? А Эмриса обучали владеть мечом с детства.
— Копьем, — сказала Леу. Каэрден недоуменно взглянул на нее. — Я… я ходила к нему. Просила отменить поединок, и…
— Смело с твоей стороны, —заметил он. — И благородно. Но глупо. Я думал, ты уже успела понять с кем имеешь дело. Он ведь только посмеялся над тобой, так?
— Он… Да, он смеялся. Хвастал как умеет управляться с копьем.
— С копьем, с мечом, с луком. Этому обучают всех благородных фаэйри. Но поединки проходят только на мечах. Таковы правила. Я посоветовал Мартину взять еще и щит — это правилами не запрещено — но не знаю, как ему это поможет.
— А убивать на этих дурацких поединках тоже не запрещено⁈
— Не помню, когда последний раз кто-то бился до смерти. Обычно сражаются до первой крови или до тех пор, пока один из бойцов не объявит, что сдается. Кроме того, королева, или наместник, как в этом случае, может в любой момент вмешаться, остановить поединок и отдать победу одному из участников. Но нет, в правилах нет запрета на бой до смерти. Я уже объяснял Мартину…
Он осекся, его глаза чуть расширились от удивления, и в этот же миг Леу услышала шаги за спиной. Она обернулась.
Из тени между деревьями появилась одетая в черное фигура. Приблизилась, мягко ступая по траве.
— Морана, — проговорили Армайд и Каэрден, слегка склонив голову.
— Надеюсь, я не мешаю вам?
— Мешаешь, — вырвалось у Леу. — Зачем ты пришла? Шпионить?
— И в мыслях не было, поверь мне. — невозмутимо ответила она. — Я искала тебя.
— Меня?
— Я слышала твой разговор с моим другом. Его окончание, если быть точной. — Морана взглянула в глаза Леу и едва заметно улыбнулась — чуть приподняла уголок губ. — Эмрис был… слишком резок и позволил себе слова, неподобающие благородному фаэйри. Я прошу прощения за него.
Леу ожидала много чего, но не этого. Она растерянно моргнула, не зная что ответить, и пока собиралась с мыслями, Морана заговорила с Каэрденом:
— Ты дал ему щит? Интересно. Сколько себя помню, ни разу не видела, чтобы кто-то использовал щит в поединке. Может быть, это действительно поможет.
— По крайней мере, Эмрис не будет этого ожидать, — согласился он. — Если ты не расскажешь ему.
— От меня он ничего не узнает. Хочешь, чтобы я поклялась?
— Мне достаточно слова наследницы двора Балар. — серьезно ответил Каэрден.
Подошел Мартин. Он все еще пытался отдышаться и с подозрением поглядывал на Морану. Та в ответ оглядела его головы до ног, слегка наклонила голову и спросила:
— Раньше ты брал в руки меч?
Мартин недоуменно нахмурился.
— Нет.
— Может, умеешь владеть другим оружием? Копьем, дротиком? Стреляешь из лука?
— Я не воин, — ответил он. — Я вырос в обычной деревне, потом жил в монастыре.
— Не знаю, что это значит, — сказала Морана. — Неважно. Так тебе никогда в жизни не приходилось сражаться?
— Приходилось. Но без оружия, голыми руками…
Она кивнула.
— Уже что-то. Я бы на твоем месте полагалась на то, что умею. В любом случае мне пора. Отец ожидает Эмриса и меня на ужин.
Кивнув всем, Морана повернулась и исчезла среди теней. Мартин озадаченно поглядел ей вслед.
— Рассуждает, как будто она сама воин. И с чего бы ей давать мне советы?
— Морана командует дворцовой стражей своего отца, — ответил Каэрден. — Она знает, о чем говорит. А насчет советов, думаю, тебе лучше спросить у Леу…
Но Леу, наконец стряхнув с себя растерянность, метнулась вслед за фаэйри в черном. Она нагнала Морану посреди темной аллеи.
— Погоди!
Та обернулась, выжидающе взглянула на Леу.
— Зачем… зачем ты это делаешь?
— «Это»?
— Просишь прощения за Эмриса. Обещаешь не рассказывать ему о том, что увидела, даешь советы. Разве он не твой друг?
Морана пожала плечами.
— Так вышло, что да. Иногда Эмрис… забывается. Бывает немного неучтив и делает и говорит, не подумав. Мой долг как хорошей подруги — по мере сил пытаться сгладить нанесенные им обиды.
— Так вышло? — Леу недоуменно взглянула на нее. — Погоди, ты… ты не любишь его?
Та снова слегка пожала плечами и ничего не ответила.
— Тогда почему ты с ним? Он же… он просто ужасный! Гнусный отвратительный слизняк, вот он кто! А ты…
— Недостатки Эмриса мне хорошо известны, поверь, — ровным голосом ответила Морана. — Но есть такая вещь как долг. Я ведь сказала тебе. Отец и лорд Эмерик считают, что наш союз будет полезен для обоих дворов. Когда королева возвратится в Тару и даст свое благословение, наш внутренний свет окончательно объединится в один и я останусь с Эмрисом здесь, во дворце.
— Что за бред! — воскликнула Леу. — Просто бред! Ты же будешь несчастна! Он тебе всю жизнь испортит! Ты не должна…
Лицо Мораны не дрогнуло ни на волосок, голос оставался таким же спокойным, даже холодным.
