— Но ведь он и не благородный фаэйри, — пожал плечами герольд. — И, если позволите, господин, не похоже, чтобы его учили владеть мечом, так что…
— Замолчи! Дурак! Ты ничего не понимаешь!..
Мартин и сам обернулся и с улыбкой наблюдал за сынком наместника. А тот, заметив на себе их взгляды, совсем взбеленился.
— Что уставились⁈ — закричал он, срываясь на визг. — Шваль! Грязные выродки! Вы… вы…
Луна! Луна, мать фаэйри, взываю к тебе! — и вскинул руку к небу, а другую вытянул в сторону Леу и Мартина.
Она даже не успела испугаться, когда по толпе прошел смешок — сначала совсем тихо, потом все громче. Ничего не произошло. Эмрис, задрав голову, кричал на висящий в небе месяц, требовал немедленно наказать дикарку и ее зверя, а многие из стоящих вокруг фаэйри уже в открытую смеялись над ним. Лорд Эмерик стоял мрачнее тучи, его подруга спрятала лицо в ладонях, рядом с ними Морена и ее отец о чем-то негромко переговаривались, но даже стражники, что застыли вокруг, с трудом сдерживали улыбку.
— Леу — Мартин легонько тронул ее за руку. — Ты не знаешь, где здесь можно воды раздобыть? В горле совсем пересохло.
— Сейчас найдем, — улыбнулась она. — И кровь тебе остановить нужно. Пойдем поищем.
Леу сначала не совсем поняла, что произошло. Они не успели отойти и на десяток шагов, как вдруг Мартин странно выгнулся, издал звук, будто приглушенно ахнул, и упал на колени.
— Ух ты… — Леу решила, что он просто споткнулся. — Не ушибся? Помочь тебе подняться?
Мартин беспомощно взглянул на нее, оперся на руки, но не удержался и упал ничком. Снова попытался приподняться на руках…
— Мартин? Ты что? Мартин…?
Леу видела кровавое пятно на белой ткани его рубашки, на спине, видела Эмриса, оскалившего зубы и сжимающего в руке меч, но первые несколько мгновений ее мозг словно отказывался соотнести одно с другим.
— Мартин? Мартин!
Воздух словно сгустился, стал тяжелым и вязким, так что его приходилось через силу втягивать в горло. Все вокруг окутала глухая, душащая тишина, лунные лучи померкли, из серебристых стали мертвенно-бледными, небо почернело, и ей казалось, что во всем мире остались только два ярких пятна цвета — одно между лопаток Мартина, другое на лезвии меча.
Леу закричала. Пятна расползались у нее перед глазами, становились все больше, и вскоре все вокруг окрасилось в алый. Сквозь кровавую дымку она видела как Эмрис все еще скалился на нее, но потом вдруг уголки его рта поползли вниз, в глазах появился страх, он попятился, взмахнул рукой, как будто пытаясь защититься. Странно, успела подумать Леу, как это он умудряется отступать, и при этом казаться ближе и ближе? Вот сынок наместника оказался совсем рядом, коротко взвизгнул и сгинул куда-то, как сквозь землю провалился.
Тишина тут же взорвалась криками. Красный туман стал таять. Леу обнаружила, что стоит, сжимая в руке рукоять меча Эмриса, а сам он скорчился на траве, и кровь струится между его сцепленными на животе пальцами.
Леу не успела ни испугаться, ни понять, как ей хватило сил вырвать у него клинок и им же заколоть, просто не оставалось времени. Стражники и придворные бросились к ним со всех сторон, откуда-то раздавались отчаянные крики матери Эмриса; сам он катался по траве, стеная, что умирает, что эта проклятая тварь убила его. Леу метнулась к Мартину, который все пытался встать, опираясь на дрожащие руки.
— Вставай, вставай! Пожалуйста!
Ей удалось поднять его на ноги. Мартин озирался по сторонам, словно не понимая что происходит, и тяжело дышал.
— Толкнули меня, что ли? — пробормотал он. — Леу? Что случилось?
Их уже окружили, что-то кричали, тянули руки. Леу взмахнула мечом, и толпа отхлынула.
— Назад! — она забросила руку Мартина себе на плечо и увлекла за собой. — Не подходите! Назад!
Тот было попытался отстранить Леу и идти сам, но стоило Мартину сделать пару шагов, как его колени подогнулись.
— Что… что со мной?.. — пробормотал он.
— Держись за меня! Мы выберемся!
— Схватите ее! — раздавался откуда-то сзади голос наместника.
Она тащила Мартина, сама не понимая куда — главное сейчас было выбраться из кричащей волнующейся толпы. Взмахивала мечом, заставляя фаэйри раздаться в стороны и дать дорогу, раз, другой, третий… Очень скоро рука заболела и с каждым разом поднималась все медленней и медленней. Мартин повис на ее плече, он еле переставлял ноги, и Леу почувствовала, что и ее собственные ноги вот-вот откажут и она уронит его и упадет сама. Светлая луна, помоги!
Наперерез вылетел всадник — так внезапно, что она вскрикнула и отшатнулась. Успела заметить блеск клинка, подняла было свой, уже чувствуя, что не сможет отразить удар, но удара так и не последовало. Всадник легко спрыгнул на землю
— Сможешь усадить его в седло?
— Морана? — задыхаясь, проговорила Леу. — Что ты…?
— Сможешь или нет⁈ — прикрикнула фаэйри. — А, ладно. Помоги!
Вдвоем они подняли Мартина на коня, и как раз вовремя. Морана обернулась к приближающимся преследователям.
— Увези его отсюда!
