— Ладно, хорошо, — сдался я. Время остановилось, пока мы находились в ожидании. В какой-то момент Холден вышел к нам и сказал, что с ней все в порядке, но надо сдать кое-какие анализы. В ожидании результатов прошли часы. Я лишь хотел ее увидеть. Всего на пять минут, просто увидеть своими глазами, прикоснуться к ней и убедиться, что с ней все хорошо. Но мне не разрешали. Почему? Что же такое происходило, что я не мог заглянуть всего на пять минут?
Я понял, что что-то не так, как только Холден вышел из палаты с плачущей в его руках Сарой.
— Что происходит? — спросил я испуганно, но требовательно. Кто-то должен был рассказать мне, в чем, черт побери, дело. Немедленно. Моя попытка быть услышанным и держать все под контролем провалилась, меня словно битой по груди ударили.
Холден посмотрел на меня, затем на Райана. Я не понимал выражения на его лице. И не хотел понимать. Мне оно не нравилось. Что-то было не так с Дженни.
— Она хочет увидеть Райана, — печально произнес Барри и ушел. Я не мог дышать. Я смотрел, как Райан, ухмыляясь своими пухлыми губами, направился ко мне.
Я отшатнулся, когда он толкнул меня своим плечом.
— Можешь уже идти, — ехидно заметил он. Он был здесь не ради Дженни, иначе не стал бы заморачиваться, чтобы наехать на меня. А меня волновала только Дженни, мне даже больше не хотелось бить этого придурка. Я хотел Дженни, хотел, чтобы она поправилась.
Дженни хотела Райана.
Дженни не хотела меня.
— Блейк, — окликнула меня мама, когда я последовал за ним.
— Мам, я должен услышать это собственными ушами. Мне это необходимо. Если она скажет, чтобы я ушел, обещаю, я уйду вместе с тобой и никогда больше не побеспокою ее. Но не пытайся меня остановить. Я иду к ней, я должен, — я отдернул руку из ее хватки и прошел мимо занятой медсестры.
Боясь упасть на пол, я сполз по стене, сел на корточки и переплел пальцы.
Флуоресцентный свет над моей головой был путеводным светом, которому я молился. Я не знал, смогу ли вынести их разговор. Это должен был быть я, а не он. Я должен был пойти к ней. Мне не верилось, что она выбрала его, зная, что я до смерти был напуган. Наверное, я любил ее больше, чем она меня, и это ранило. Сильно.
— Привет, как ты?
— Со мной все будет хорошо. Спасибо, что заглянул.
Да ладно. Спасибо, что заглянул? Она бы со мной никогда так не заговорила.
— Конечно. И табун лошадей не смог бы меня удержать.
— Мило.
Да вы издеваетесь.
— Послушай, нам надо поговорить.
— Мы можем поговорить позже. Поправляйся.
— Хорошо, но мы не станем разговаривать позже, Райан.
