Мы поднялись на третий этаж и пошли по длинному коридору без окон, с дверьми по обе стороны. Здесь народа было намного меньше. Периодически пробегали служители с какими-то бумагами и запечатанными ящиками, от которых ощутимо веяло магией. Мы вышли в небольшой зал с окнами на наружную часть треугольника. У окна на скамейке сидела Элисса, и её вид был еще более изможденный, чем у Кэйтана. Её глаза были прикрыты, и непонятно было, заметила она нас или нет. С бледным уставшим лицом и синяками под глазами она была очень похожа на то, что я обычно вижу в зеркале по утрам после ночи в Черном Лабиринте. Вместо привычного платья, на ней была белая церковная ряса с Божественным Оком на груди. На рукаве был нашит герб асинаев: в центре черного поля на белой паутине восседал белый же паук, вокруг которого свернулась кольцом зеленая змея, кусающая собственный хвост.
— Наконец-то, — тихо сказала она вместо приветствия, — спасибо, Марк. Можешь пока сходить перекусить, у тебя есть десять минут. Потом вернешься, чтобы проводить Инаэля на регистрацию.
— Э-э-э… да, но мне нужно как можно быстрее зайти к…
— Не беспокойся, — перебила она его. — Я тебя отпросила. Иди!
Марк растерянно почесал в затылке, что-то промямлил и ушел обратно. Я сел рядом с Элиссой на скамейку, провел рукой по её волосам.
— Ну ты даешь, Эл. Нельзя же себя так истощать.
Она прильнула к моей ладони и нежно потерлась о нее щекой.
— Такой уж у меня контракт, — Элисса бледно улыбнулась, а затем полностью открыла глаза, выражение её лица сменилось на серьезное, — Утром я была на совете, по поводу взрыва. Кстати, ему официально присвоили название «Полуночный рассвет». Собралась вся верхушка церкви, включая Патриарха, и были представлены первые результаты допросов. Стало известно, что этой ночью группа инквизиторов, не докладывая вышестоящим, отправилась в Черный Лабиринт ловить очередного Морага. Об этом один из них накануне проболтался своей подружке. По какому-то странному стечению обстоятельств, все они пропали без вести, не оставив никаких следов. Отец Бертан высказал мысль, что эти два события скорее всего связаны, и в Полуночном Рассвете может быть замешан тот незарегистрированный маг, за которым охотились. Других зацепок не было, поэтому в данный момент это основная версия. В связи с этим, с завтрашнего дня, инквизиция переходит на военное положение и начинает шерстить город при помощи спектралисков и поисковых амулетов. На это, конечно, уйдет прорва энергии, придется остановить некоторые проекты и дополнительно черпать силы у городских магов, но эта катастрофа здорово всех перепугала. Если тебя засекут даже по слабенькому непроизвольному заклинанию, будут огромные проблемы, потому как всех пойманных они будут тщательно допрашивать и взламывать память. Сегодня, пока все заняты подготовкой и исцелением тяжелораненых, есть один день, когда можно проскользнуть в общей суматохе, не привлекая внимания. С завтрашнего дня при регистрации тоже будут допрашивать. Не так усердно, как при поимке, но я не уверена, что ты сможешь пройти без подозрений.
— О-ох…
Ну и вляпался же я. Теперь понятно, почему она решила меня зарегистрировать. Поскольку людей, которые владеют магией на уровне Марка, довольно много, в обычное время инквизиция не особенно стремится допрашивать всех, в ком есть намек на магические способности. Но сейчас всё изменится, и у меня будут реальные проблемы. Я не могу до конца контролировать свою магию, и даже если я захочу, то не смогу совсем её не использовать. И если обычного недо-мага допросят, пожурят, оштрафуют и отпустят, то меня ждет крайне мучительная смерть.
Похоже, и правда нет другого выхода. Мне придется зарегистрироваться, но смогу ли я не выдать себя? Кроме того, у меня ведь в рукаве стилет с кармилитом. Стоило, всё же оставить его дома. Но кто знал, что меня занесет в Амирсан? Если я прямо сейчас пойду на регистрацию, его могут заметить и заинтересоваться. Если распознают мой кармилит — мне конец. Может, пока отдать его Элиссе? Но тогда рисковать будет уже она. Ай, ладно, не думаю, что на регистрации сидит кто-то с настолько высокими способностями, чтобы распознать кармилит.
— Хорошо, я понял. Спасибо, что обо мне позаботилась, — ответил я с улыбкой. — Надеюсь, я смогу пройти регистрацию без приключений.
— Не беспокойся, всё будет хорошо, — прошептала она. — Там мой хороший знакомый.
Глаза Элиссы снова закрылись, и она оперлась головой на мою ладонь.
— Почему ты не восполнила силы? Со святошами, конечно, нельзя таким заниматься, тем более в Амирсане, но я думаю, ты могла бы кого-то найти. Вон тот же Марк. Вряд ли он бы сильно возражал.
— Его мать меня убьет, если узнает.
— А, ну да. Не подумал. Но можно еще кого-то найти.
— Можно. Но у меня совершенно не осталось сил. Немного не рассчитала, когда спасала очередного униата.
Я тяжело вздохнул. Не хочется этого делать, но в конце концов, во всем происходящем есть и моя вина.
— Можешь взять немного у меня.
— Ты не против? Я чувствую, что ты тоже не в лучшем состоянии.
