В радиорубке начальник рации Слава Катасонов выстукивает позывные «Максима Горького» (тот, с западноевропейскими туристами на борту, недавно вышел из Генуи в Александрию). Минут десять Слава и радист «Горького» ищут частоту, наиболее свободную от помех. Нашли. Раздается уверенный хрипловатый голос: «Капитан „Максима Горького“. Слушаю вас, капитан „Соловьева“». — «Здравствуйте, Сергей Леванович, — говорит наш кэп. — Береснев на связи. Я полагаю быть семнадцатого на рейде Порт-Саида в двенадцать дня. Когда будете вы? Прием». — «Я буду семнадцатого в три часа дня». — «Очень хорошо. Мы успеем в первый караван…» И капитан Береснев договаривается с капитаном Дондуа о том, как организовать в Порт-Саиде пересадку именитых пассажиров.
Но рандеву в Порт-Саиде не состоялось.
Так-то все шло неплохо. Малым ходом прошли Босфор. Почти два часа тянулся справа живописный даже в пасмурную погоду массив Стамбула — старые дома и мечети, дворцы и небоскребы отелей, древняя византийская стена вверх-вниз по холмам, знаменитая базилика Айя-София со стройными минаретами, новый мост — километровый пролет высотой в 80 метров, соединяющий не просто два берега: тут сошлись Европа и Азия.
(Вспомнился читанный в детстве жюль-верновский «Упрямец Керабан». Помните? Стамбульскому купцу Керабану понадобилось переправиться через Босфор на восточный берег, в Скутари, но лодочник на переправе запросил слишком много. Норовистый купец осерчал и воскликнул сгоряча, что лучше объедет вокруг Черного моря, чем заплатит столько-то пиастров мошеннику-лодочнику. Сказано — сделано. Упрямый Керабан отправляется в дальний путь, едет югом России и по Кавказу, огибая море, и со многими приключениями добирается наконец до Скутари. Сюжет, невозможный для XX века, но чтение увлекательное.)
И Мраморное море, и Дарданеллы прошли благополучно. А вот вскоре после выхода из Дарданелл в Эгейское море наш «Соловьев» остановился. В час ночи вахтенный моторист Щербаков заметил воду на крышке 6-го цилиндра главного двигателя. Значит, где-то она лопнула, и вода для охлаждения из зарубашечного пространства проникает через образовавшийся свищ в цилиндр. Это опасно: ведь вода несжимаема и может произойти гидравлический удар. Пришлось остановить двигатель и лечь в дрейф.
Это произошло между островами Лемнос, Лесбос и Айос-Эфстратиос. Всю ночь вкалывали в машине второй механик Григорий Моцык, старший моторист Михаил Апреленко и другие мотористы — под руководством старшего механика Артура Дригода. Утром я спустился в машинное отделение, просторное, как заводской цех. Во всю его длину расположены массивные крышки восьми цилиндров с топливными насосами, толстыми выхлопными трубами и прочими магистралями. Прохудившаяся крышка снята. «Дед», как принято называть стармехов, показывает: лопнула впрессованная в крышку втулка пускового клапана. На ней царапина — будто ногтем чиркнули, — это и есть свищ, из-за которого весь сыр-бор.
У «деда» волевое лицо, проседь в черных волосах, взгляд исподлобья. У «деда» измученный вид.
— Каждый рейс что-нибудь ломается, — говорит он. — У нас ведь не любят, чтобы точно до микрона, а эта техника именно точности требует…
Мотористы застропили — подвесили к крану — запасную крышку. Григорий Моцык, выпрямившись во весь свой гигантский рост, берет красную коробочку на длинном шланге — пульт дистанционного управления краном. Нажим на кнопку, кран пошел, крышка повисла над зияющим жерлом цилиндра. «Внимание, майнаю!» — гаркнул Моцык. Направляемая мотористами, крышка медленно садится на место. Теперь — подключить аппаратуру…
Долго, долго продолжалась работа в «подвале» — так называют машинное отделение. Только в пятом часу вечера дали ход, и «Соловьев» двинулся дальше. Длина дрейфа составила 18 с лишним миль. Ладно хоть, что течение было попутным.
Но «великий эгейский дрейф» сорвал рандеву в Порт-Саиде. «Максим Горький», конечно, не стал нас ожидать (круизные лайнеры идут по строгому графику) и вошел в Суэцкий канал с вечерним караваном 17 марта. А наш припозднившийся сухогруз прибыл на рейд Порт-Саида в четыре утра 18 марта. И только в четвертом часу дня «Порт-Саид пайлот» разрешил идти в район ожидания, где формировался очередной караван для прохождения канала.
