В тишине они доели и собрались. Кира исподтишка сфотографировала объявление по найму работников.
На следующий день она позвонила по объявлению, представилась и записалась на собеседование.
В день собеседования она проснулась ни свет ни заря. Она разлепила глаза, не понимая, что ей мешает и заметила, что Ари сидит за столом.
Одеяло зашуршало. Кира села.
– Что случилось? – прокряхтела она. – Все хорошо?
Ари резко обернулся и как-то воровато закрыл то, что читал. Что-то вроде папки.
Кира прищурилась, пытаясь разглядеть, и в голове вдруг возникла мысль, от которой ее щеки залились румянцем. Может у него там мужской журнал? Или что-то типа этого?
Ари встал и быстро подошел к Кире.
– Мне просто не спиться, вот и решил почитать.
– Ты читаешь книжку? – не сдержала хитрую улыбку Кира.
Ари кивнул и прилег рядом с ней.
– Спи. Еще слишком рано.
Кира кивнула и послушно закрыла глаза. Голова коснулась подушки, и девушка провалилась в сон, полный объятий Ари.
Улыбка юноши сошла с лица. Задумчивый взгляд пронизывал одну точку.
Жнец смерти… кто же он?
После знакомства со жнецом Ари часто думал о том, что не должно было существовать. Если был жнец, что мог забрать часы жизни у одного человека и передать другому, что еще могло существовать?
Что если Бог на самом деле существует? Есть жизнь после смерти?
И ответы ни на один из этих вопросов он так и не нашел. В этой папке были собраны свидетельства воскрешения людей, других чудес по всему миру. Много было на английском и на французском. Если английский текст он примерно восемьдесят процентов понимал, все остальные непонятные термины приходилось переводить в переводчике, то французский язык для него был как темный лес.
Ари тихонечко привстал и приткнул махровую простынь к спине Киры. Тихонько он подошел к столу и вновь открыл папку. При желтом свете лампы существо на черно-белой картине показалось прекрасным. Это был бог смерти Танатос. Барельеф на мраморной колонне в храме Артемиды. Прекрасный, крылатый. Это был ангел.
Мог ли быть жнец смерти ангелом смерти из мифологии? Ари сомневался. Он разочарованно захлопнул папку и, взъерошив волосы, пристроился рядом с Кирой, прижавшись к ней всем телом. Она недовольно закряхтела и, лягнув его ногой и всхрапнув, перевернулась на другой бок. Ари оставил поцелуй на ее оголенном плече и забылся тревожным сном.
Работа
– Зачем тебе идти работать? У тебя через неделю дополнительный экзамен в универе. Да и прокормить я тебя смогу.
– Ари, прекрати. Да и мне сначала надо медкомиссию пройти, а это знаешь ли не так уж и легко. Мне скучно целый день дома сидеть. И ты так сказал “прокормить”, словно я ем много. Я успею отдохнуть в гробу.
Рот Ари отвис. Он даже не нашелся, что ей ответить. Кира хихикнула и, поцеловав его в щеку, упорхнула в коридор.
– Я тебе там бутерброды с собой оставила и приготовила яичницу. Увидимся вечером после работы! – крикнула она и захлопнула за собой дверь.
Ари все еще не отошел от ее шутки и медленно повернулся к столу.
Яичница выглядела нормально. Ари понюхал содержимое на тарелке. Пахло прилично. Наколов небольшой кусок, он положил его в рот и резко выплюнул.
Яичница была безнадежно пересолена.
Ари вообще удивляла Кирина неспособность готовить. Понюхав бутерброды и заглянув внутрь, Ари увидел, что там ужасно много горчицы и, не раздумывая, собрал все в пакет, собираясь выбросить неудавшийся завтрак в мусорку.
Юноша собрался и направился в спортивный клуб. Пока полностью рука не заживет, Ари не мог участвовать в боях, даже в спаррингах. Оно и понятно.
Но тренера больная рука не останавливала выжимать кардиотренировками из Ари все соки.
Юноша вздохнул, подумав о том, что сегодня опять будет тяжелый день, и резко остановился у самого входа в клуб, вспомнив, что хотел позвонить профессору. С переездом Киры в Москву он как-то выпал из реальности.
Гудки в телефоне звучали пронзительно. Ари поежился от прохладного ветра и пожалел, что не взял с собой куртку.
– Я вас слушаю.
– Ренат Акаевич, доброе утро! Это Артур Александров. Вы говорили, я могу позвонить вам. Я встречался еще раз с ним… Он представился как жнец смерти…
В трубке что-то затрещало.
– Жнец смерти… – приглушенно повторил профессор. – Приходите ко мне домой, когда сможете. Я скину вам СМСкой адрес.
***
Медкомиссию, оказалось, пройти легче простого. Кира ведь не выглядела больной, и все ее показатели были в норме. Поэтому уже через несколько дней она приступила к работе.
С оглушительным звоном стеклянный стакан ударился и разлетелся осколками по полу.
Все посмотрели на Киру. Она побледнела, покраснела и резко присела у разбитого стакана, чуть не перевернув остальное содержимое подноса.
– Вот черт, – тихо выругалась она. Это был уже второй стакан. Работа официантки оказалась сложнее, чем она думала.
Боль пронзила руку.
Кира скривилась и, вздернув окровавленный палец, спрятала его во рту.
– Не трогай! – строго скомандовала Настя, подошедшая к ней с метелкой. – В таких случаях заметаешь все.
Кира видела, что Настя раздражена и это раздражение было из-за одной неумехи, то есть Киры.
