Напарник мой, приоткрыв рот, рассматривал расписные тарелочки на стенах и декоративные кружечки, бокалы и рюмки на полках. Посуды было много, судя по картинкам и надписям, везли ее из разных городов и стран. Да уж, славно попутешествовал кто-то, собирая этот разномастный сервиз!
Я постаралась справиться с приступом неуместной зависти и прошла в дверь, которую с доброй улыбкой на губах распахнула передо мной брюнетка.
– Рад, очень рад! Андрей! – спешно выбравшись из-за массивного стола, пошел ко мне с протянутой ладонью лысоватый гражданин в костюмчике из модного молодежного магазина.
Да что ж такое-то?! Почему нынешние мужики, невзирая на возраст, служебное положение и лишние килограммы, в укороченные узкие штанишки обряжаются?!
Андрей Валерьевич Антиповец как будто боролся с избыточным весом путем компрессионного давления. Тесноваты ему были не только штанишки, но и пиджачок, и сорочечка, воротничок которой он застегнул под горло и еще прижал галстуком-бабочкой.
Я затруднилась определить причину тяжелого и шумного сопения господина Антиповца: то ли его так взволновал наш визит, то ли ему просто трудно было дышать в парадной амуниции.
Видно было, что Андрей Валерьевич нас ждал и готовился: редкие пряди на его голове были размещены поразительно аккуратно, четко по радиусу от макушки, и для сохранения безупречного порядка до блеска залакированы. Пряди были угольно-черные, просветы между ними – цвета старой слоновой кости.
Зря он волосы красит, лучше бы пересадил. Или, наоборот, наголо побрился, это нынче даже модно.
– Елена, – я пожала руку хозяину кабинета и опустилась на предложенный мне стул.
Даня с намеком поставил кофр с камерой на край стола и вопросительно посмотрел на меня.
– Поговорим под камеру? – я перевела взгляд на Антиповца. – Или вам это нежелательно?
– Что вы, что вы, Леночка, очень даже желательно! – завибрировал Андрей Валерьевич.
Я поморщилась: терпеть не могу, когда малознакомые люди называют меня Леночкой.
– Снимайте, конечно! – Антиповец кивнул Дане, и тот начал готовиться. – Но у меня есть одно небольшое условие… – он склонил голову к плечу, будто прислушиваясь к чему-то – к своему внутреннему голосу, наверное, и после короткого раздумья поправился: – Два условия.
– Хоть три, – великодушно разрешила я. – Излагайте.
– Во-первых, мы непременно согласуем то, как вы меня подпишете.
– Андрей Антиповец, как же еще? Или вы хотите, чтобы в титрах было указано, что вы сын Валерия?
– Нет-нет, вот этого не надо, это вы и так скажете. А напишите вот что…
Андрей Валерьевич сдернул с нежно-розового блока с клейким краем верхнюю бумажку, прочитал заранее написанное на ней:
– Андрей Антиповец, генеральный директор бюро путешествий «Коралл»! – и перегнулся через стол, чтобы вручить листочек мне.
– Тут еще адрес и телефоны, вы хотите указать все это в подписи? – мне стало понятно, почему Андрей Валерьевич так охотно согласился на эту беседу.
Не упустил возможность получить бесплатную рекламу.
– А что, нельзя? – Антиповец расстроился. – Ну, тогда хотя бы в финальных титрах. Типа, «благодарим за содействие и оказанную помощь лучшее турагентство Краснодара – бюро путешествий „Коралл“». А?
– Что-то в этом роде можно, – кивнула я, подумав, что подшлифую формулировку, убрав откровенно рекламный пассаж.
– Прекрасно! И второе условие: когда смонтируете мое интервью, обязательно согласуете его со мной, потому что есть некоторые принципиальные моменты, которые непременно должны присутствовать…
Андрей Валерьевич не договорил – отвлекся на свое отражение в зеркальной дверце шкафа. Подвигал подбородком, пошевелил бровями, поправил галстук-бабочку. Солнечно улыбнулся мне:
– Так мы договорились?
– Я согласую с вами готовое интервью, – пообещала я.
Даня похлопал глазами. Похоже, он тоже понял, что директор турагентства намерен заплести в свою речь на камеру один-другой рекламный пассаж, и удивился моей сговорчивости. Я улыбнулась ему успокаивающе – мол, не волнуйся, я знаю, что делаю.
Конечно, можно было сразу сказать Андрею Валерьевичу, что прямую рекламу канал оставит только в том случае, если она будет оплачена, но я не спешила разочаровывать хитроумного господина.
Мне было интересно, как сын Антиповца вырулит на тему дальних странствий с разговора о трагической гибели отца. Все-таки безвозвратное путешествие в мир иной – приключение одноразовое и специфическое, на массовый турпродукт никак не тянет.
– Что ж, можем приступать! – Андрей Валерьевич выпрямился в кресле, горделиво поднял голову, почти убрав второй подбородок. – Давайте ваши вопросы.
– Хорошо, начнем, – я кивнула напарнику. – Андрей Валерьевич, какие отношения у вас были с отцом?
