– Вас разве не временно личным водителем наняли? – уточнила Ирка. – До тех пор, пока Валентина права не получит?
– Шо-шо? – Крошев приставил ладонь к уху. – Права ей? Да никогда бы она их не получила!
– Может, не с первого раза, но все, кто хочет, сдают на права, – не согласилась я.
Иначе мне и думать не хотелось. Колюшке еще экзамены в автошколе сдавать.
– А она бы и с десятого не сдала, Антип этот вопрос решил бы. Завалили бы ее. Он не хотел, шоб его жинка сама рулила.
– А-а-а, так это был заговор! – поняла Ирка. – Вы с Антиповцем решили…
– Не-не, не я! – Руслан Аркадьевич помотал головой. – Я шо? Я человек маленький. Антип решил.
– Зачем же тогда было девушку обманывать, в автошколу ее посылать, если бы все равно ей водительские права не дали? – заворчала подруга.
– А шоб не ныла да на мужа не дулась. Он же все для нее: хочешь машину – на! Хочешь уметь рулить – снова на! А шо у девоньки умишка не хватило выучиться на права, так это она сама виновата, он-то для любимой не жмотился, все оплатил.
– Хитро, – без одобрения заметила Ирка.
– Ладно, оставим в стороне коварство и любовь, – вмешалась я в их беседу. – Расскажите, пожалуйста, Руслан Аркадьевич, как вы ездили с Валентиной в ее последний день. По порядку и в подробностях!
– Да как всегда, – Крошев пожал плечами. – У нас одна и та же схема была всякий раз. В подробностях, значит: я забирал «Тойоту» из гаража, Антип мне все ключи дал, и подъезжал на ней к дому. Парковался у подъезда, выходил, поднимался, звонил в дверь и ждал на лестнице. Девонька выходила, мы спускались, я сразу в машину садился, а она еще забегала в кофейню – она в том же доме, и дверь во двор.
Я открыла рот, но Руслан Аркадьевич не дал мне спросить:
– Упреждая ваш вопрос – сумку она в машине не оставляла. Никогда! Всегда с собой таскала.
– А сумка у нее какая была?
– Вроде этой, – Крошев кивнул на Иркину торбу. – И шо вы, бабоньки, в них таскаете? Сто пудов добра, и все такое нужное – ни на секунду расстаться нельзя! Согнутся, скукожатся, но прут свой бесценный груз…
Я не позволила развить неизменно актуальную тему дамских сумок в духе предосудительного мужского шовинизма, перебила хозяина:
– Хорошо, значит, Валентина выходила со своей сумкой и возвращалась… как скоро?
– Через минуту выбегала со стаканом…
– И что, вы на целую минуту выпускали подопечную из виду? – Ирка не удержалась – съязвила.
– Шо это – выпускал? В кофейне стенки стеклянные, видел я девоньку, – не смутился Крошев. – Короче, садилась она в машину, по дороге пила свой кофий… Вот шо б ей дома не позавтракать нормально? Яишню там, бутер с колбаской…
– Не отвлекайтесь, – досадливо попросила Ирка. – Что было дальше?
– А дальше мы приезжали к торговому центру, я парковался, а девонька шла в туалет, – он ухмыльнулся. – Большой стакан кофе – он быстро наружу просится, а на автодроме условия для нежной барышни неподходящие, там отхожее место – просто будка в поле…
– Мы все поняли, дальше давайте, – подстегнула рассказчика Ирка.
– Инструктор на учебной машине подъезжал туда же, девонька садилась к нему и ехала заниматься, а я ее в «Тойоте» ждал. Потом обратно домой вез. Только в последний тот день не отвез, потому как, сами понимаете…
– Ясно. А последний телефонный разговор Валентины с мужем вы слышали? – я припомнила точное время: – Тот, что в восемь тридцать две утра?
– Антипа не слышал, а девонька сказала шо-то вроде «Все, хватит, я так больше не могу!» и отключилась. Я, разумеется, не стал расспрашивать, шо к чему. Мы с ней вообще почти не разговаривали – и как-то не о чем было, да и Антип мне не велел.
– Ну, шо… тьфу, что думаете? – Ирка с трудом избавлялась от подхваченного у Крошева акцента.
Непросто делать три дела разом: рулить, размышлять и контролировать свою речь.
– Мог этот бодрый старец подложить Валентине в сумку бомбу?
– Теоретически – да, они же вместе в машине ехали, близко сидели, – первым отозвался Данила, уже привычно сунувшись вперед со своей камчатки, чтобы быть к нам поближе во время мозгового штурма. – А практически – не вижу у него мотива. Со смертью хозяйки дед хорошую работу потерял, совсем не выгодно это бедному пенсионеру.
– А ты шо… да тьфу ты, вот прилипло! Лен, ты что думаешь?
– Я думаю, мы кое-что упустили. Не осмотрелись на местности у дома погибших супругов. Надо бы взглянуть, что там и как, особенно эта кофейня меня интересует.
– Полагаешь, бомбу Вале в сумку могли сунуть в этой кофейне?
– А где еще? Или там, или в туалете торгового центра, – рассудила я.
– А туалет был женский, – веско обронил Данила.
Я оглянулась на него:
– Естественно. И что?
– А то, что у нас вроде бы нет подозреваемых женского пола?
– А ведь сечет малыш, – задумчиво согласилась Ирка. – Действительно, в женский туалет вслед за Валентиной могла войти только дама. Выходит, надо искать какую-то бабу, у которой был зуб на Валюсю. Из обиженных баб у нас только бывшие жены Антиповца, но Галюся и Маруся не кажутся мне подходящими кандидатурами…
– Еще Ируся есть, самая первая супруга, – напомнила я.
