– Отравить решили, чтоб не мучилась? – несколько злобно и не своим голосом произнесла я. Это заставило меня удивиться, это был НЕ МОЙ голос, вот вообще не мой. Может мне голосовые связки порвало?
– Какого чёрта здесь происходит? – продолжила я и, покачнувшись, чуть не упала на землю, но твёрдый корень живенько оплёл меня вторым скелетом, поддерживая и не давая упасть. Корень с фруктом снова качнулся в мою сторону.
А какой у меня собственно есть выбор? Вокруг мёртвая пустошь, корни со всех сторон, и даже бежать от них в принципе некуда, да и не в моём состоянии, тем более один из них вообще меня обвил полностью. У меня явно сильная кровопотеря, ужасное головокружение на этом фоне и дыра в груди. Ну, знаете, просто дыра, ничего необычного, со всеми бывает. Так что я теряю? Жрать или не жрать этот фрукт? Я выбрала первый вариант.
Трясущейся рукой я потянулась в сторону фрукта, маленькие корни обвились вокруг моей трясущейся и слабой руки, поддерживая её. Сорвав фрукт с корня, я почувствовала тонкие нотки запаха мандарина. Я медленно поднесла фрукт к своему рту и аккуратно откусила. Точнее, попыталась. Мои зубы издали печальный дзинь и чуть не рассыпались в прах. По челюсти прошла судорога. Фрукт был словно сделан из железа! Я в шоке уставилась на синее нечто и, гневно глядя на корень, что мне его преподнёс, выпалила:
– Если хотели, чтобы мои зубы сломались, то лучше бы добили! – гневно высказалась каким-то чужим, но приятным голосом. Он был более нежный, чем мой предыдущий голос. Но при этом, он также был и громче.
Корни как-то странно зашелестели, словно извинялись, фрукт у меня осторожно забрали, пару раз по нему ударили, издав при этом звук, будто гвоздь молотком забивают, и выудили из него багряно-красную сердцевину… что это вообще? Южный орех какой-то? Наподобие грецкого ореха? Я с сомнением посмотрела на валяющуюся у моих ног кожуру. Тонкую кожуру. Она была тоньше шелухи от лука… Почему я не смогла прокусить её?
Мне снова протянули этот непонятный фрукт/орех и на всякий случай овощ. Я несколько нерешительно взяла липкий, пусть будет орех, мне так спокойнее, и снова попробовала откусить. Несмотря на кроваво-винный цвет и цитрусовый запах, вкус у ореха оказался необычайно вкусным и сладким. Чем-то мне напоминал привычные мандарины, но с привкусом клубники, очень странное сочетание.
Внезапно кровь словно закипела, в глазах помутнело, а из горла вырвалось обвиняющее:
– И всё-таки решили отравить.
Странные ощущения ушли так же внезапно, как и пришли. Меня перестало шатать из стороны в сторону, из груди больше не текла кровь, а слова не отдавались диким кашлем. Стоять стало намного легче и корень, оплетающий моё тело вторым скелетом, распутался, давая свободу. Грудь всё ещё ужасно болела, но, по крайней мере, я могла сама стоять. Нужно только понять, куда идти и как я здесь, вообще, оказалась. Я старалась не обращать внимания на свой изменившийся голос и волосы и только сейчас заметила совершенно другую фигуру.
Я посмотрела на своё странное окружение и задала ближнему корню, наверное, самый тупой в моей жизни или смерти вопрос:
– Вы живые? – мне утвердительно покивали, э-э-э, корнем. Точнее, его кончиком.
Не став задумываться о том, как это выглядит со стороны, я продолжила допрос. Подумаешь, всего-то с корнями разговариваю, всякое бывает. Кто-то вон, вообще, бога слышит или себя его реинкарнацией мнит, у меня ещё цветочки. Наверное.
– А я живая? – и мне снова покивали, нет, ну нужно же удостовериться в своих жизненных силах. Пускай и у такого сомнительного собеседника в виде корня. Он же вроде меня понимает? Понимает. Ну вот и отлично. На такой оптимистичной ноте я продолжила свой высокоинтеллектуальный допрос:
– Я сумасшедшая? – корень отрицательно качнулся. Уже хорошо. Хотя бы крыша на месте. Наверное.
– Я сплю? – и вот тут, на моё удивление, корень отрицательно замахал конечностью.
– Значит, всё-таки сумасшедшая, – сделала свои выводы. Я нервно засмеялась, что немедленно отдалось болью в груди и сильным кашлем. Возле меня снова вырос тот синий орех, а корни заботливо его раскололи и протянули мне уже его содержимое. В этот раз есть его не боялась, раз не умерла после прошлого раза, то не умру и сейчас. Хотя, кто знает, вдруг у яда накапливающийся эффект или замедленного действия? И пока я сними тут болтаю, мои органы медленно меняются, становятся вкуснее или превращаются в кашу, чтобы эти корни их потом сожрали. Меня передёрнуло от представленной картины. После поедания ореха, у меня лишь чуть-чуть потеплело в груди, но больше странных ощущений не было. Это, наверное, кости рёбер мягче становятся, чтобы перемалывать было удобнее… челюстей-то я у них не вижу.
Я задумалась. Если это не сон, то я либо сошла с ума, либо я не знаю что. Ну не в другом же мире я после смерти очутилась? Тогда эти корни точно хотят меня сожрать.
