Первым делом, я облегчил дилижанс, как только возможно. Поснимал всё лишнее, на мой взгляд, даже два фонаря для свечей. Вместо сиденья мешки с овсом. Чему удивился Шварц.
— Как же Вы, так?
— А вот так. Ох, чувствую «нахлебаемся» мы с этой поездкой.
— Ничего, ничего. Всё будет хорошо. Вы, удачливый.
— Я хочу привлечь полицейского Петра Окунева, надеюсь, Вы договоритесь с его командиром.
Получаю какой-то непонятный жест, который можно растолковать двояко.
Оказалось, что у меня действительно многого не хватает для путешествия. А учитывая, что придётся следить и неизвестно куда ехать, то вообще мало.
Под моим руководством, положили полмешка риса и 1/3 мешка гречки. Гречка и тут, после риса, самая дорогая крупа, три с полтиной за пуд. Лапшу. Пожалел, что нет тушенки. Кстати, а почему нет? Автоклав же свободно можно сделать, манометры и термометры есть и их должны привезти. Надо по приезду заняться этим вопросом. Пришлось положить замершего мяса и сало в бочонок.
Положили маленькую печку и жаровницу от Мальцева. Так до них раньше «руки и не дошли». Уложил канистру двух литровую с бензином, и пятилитровую с керосином. Положил последние квадратные бутылки зеленного стекла с водкой. Стеклянные бутылки стоили достаточно дорого, хоть мне с этим и повезло, но тару придётся везти назад. Возникла проблема с питьевой водой, нечем везти. Это тут снег, а если он на Варшаву рванет, тьфу- тьфу, тогда как? Расстроился и разозлился на себя, что опять я ни к чему не серьёзному готов.
Взял ручку с металлическим пером, чем вызвал интерес Шульца и стал сокращенно записывать недостающее. Сразу образовались — рюкзак, солдатские котелки, флага и многое другое.
— А на каком языке это Вы, Дмитрий Иванович, пишите?
Вот же… нелёгкая. Да когда уже Кулик с Савельевым приедут? Пусть домой отправляется… недремлющее око государево. И так оружие всё не достаю, а не дай бог его забыть.
— На своём и только для себя. Чтобы никто не догадался.
— А перо Вы, где такое взяли? Я бы тоже от такого не отказался.
— Вот по приезду, что-нибудь и придумаем.
— А это что? — смотрит на загружаемые раскладушки.
Он вообще по магазинам ходит или нет? Или только работой живет? А туда только экономка или жена ходят?
— Дарю, я думаю Вам, пригодиться. Особенно если на работе задержитесь — ничего, от минус ещё одной, я не обеднею.
Выхожу в коридор и зову Марию с Лизой и даю им указание «заняться» полковником. Пусть ему самовар поставят, печеньем угощают и другое и так далее.
Гришу послал за Саввой и Петром, с наказом не брать лошадь с санями, а захватить сменную одежду и бурдюки для воды.
Сам пока принялся писать письма и записки, потом их Фёдор развезёт. Самое тяжелое получилось Мальцеву, сильно извинялся, что я его подвёл. Позвал Авдея и подробно всё объяснил. Что по приезду сразу к нему. Описал на всякий случай автоклав с давлением 2–3 атмосферы, при температуре 120–130 градусов. Про стеклянные банки и крышки, с железной проволокой и веревочками пропитанные воском, вместо уплотнителя. А так же попросил сделать спиртовки и для чего, а то заваривать кофе на печке крайне неудобно. Да и так несколько штук пригодятся.
Наконец прибыли посыльные с лошадьми, порадовало то, что были они под седлом. Но с условием, что седла надо потом вернуть. Потратили 750 рублей. Зря я так грешил на Гартунга. Их троих я сразу уложил спать, есть, кому о животных позаботится. Поставили раскладушки в коридоре для Саввы с Петром.
Потом вспомнил, что с нами едет Савельев. Поэтому стал заряжать оружие. Решил, только не брать винтовку Дрейзе, пусть полежит. Пожалел слишком ценный экземпляр.
Сейчас пять утра. Ещё совсем темно, но яркие звезды в морозную ночь, дают достаточно света. До рассвета осталось совсем немного, час, ну может полтора. Я так со Шварцем и не поспал, обсуждая возможные варианты. Заодно проверяя и перепроверяя, не забыл ли я чего. У обоих глаза красные от недосыпа и «стук» в сердце от кофе. Мы с ним чашки по три выпили и доели конфеты. Надеюсь отоспаться в пути. Где-то читал, что воеводы в походах почти не спят. Похоже, написали правду.
