Поместье Уэйкфилд полностью

Он вытащил что-то блестящее из кармана пальто и бросил в воздух. Это блестящее что-то в полете вертелось и сверкало, как сосулька, и, несмотря ни на что, Интеграл поймал этот предмет обеими ладонями.

Это была упаковка флаконов.

– Верных собак подкармливают, – прокомментировал Хефе.

Ника уставилась на Интеграла.

Ее друг не шелохнулся, чтобы что-то скрыть или возразить, когда Ника склонилась рядом и задрала ему штанину. Квинн резко вздохнул, увидев, что электронный браслет на лодыжке Интеграла по-прежнему на своем месте, целехонький.

В голосе Ники не было эмоций:

– Ты предал нас?

Эмбер сделала шаг в его сторону.

– Интеграл, почему?

Ника не спрашивала почему. Она уже знала причину.

– Кто-нибудь, объясните, пожалуйста, что вообще происходит? – процедил Зак сквозь зубы; он не сводил глаз с двух нацеленных на них пистолетов.

– Это твоя вина, – резко бросил Интеграл Нике. – Что я должен был делать? Просто согласиться с твоим планом и дать Эмбер умереть, чтобы ты смогла найти Зака? Твоя одержимость им могла всех нас убить, – добавил он, укоризненно глянув в сторону Зака. – По сути, так почти и случилось. А тебе было все равно.

Ника почувствовала жар, от стыда на глаза ей навернулись слезы. Она поморгала, пытаясь избавиться от них. Квинн напрягся рядом с ней.

Интеграл покорно покачал головой.

– Я не сожалею о том, что сделал, – тихо сказал он.

Ника смотрела на него, широко распахнув глаза. Тысяча мыслей и чувств накопились в ее душе как назревающая буря. Предательство, понимание, принятие.

– Ты должен был что-то сказать, – все, что выдавила из себя Ника.

Интеграл выглядел так, будто собирается ответить ей, но Хефе прервал их диалог.

– Меня не интересует ваша семейная ссора, – сухо промолвил он.

Как по приказу, Чед поднял руку и направил пистолет прямо на Нику. Ника не могла заставить себя сосредоточиться на этой угрозе. Нож, который Интеграл воткнул ей в спину, доставлял нестерпимую боль, но она понимала, почему он так поступил. Его предательство ничем не отличалось от ее: она подбила всех бежать от Чеда и отказаться от следующих флаконов для Эмбер только для того, чтобы снова увидеть Зака.

Ника спокойно встретила полный черной ненависти взгляд Чеда. Он выглядел взбешенным – и тоже из-за предательства.

Внезапно раздался визг шин. Все замерли; казалось, напряжение электричеством потрескивает в воздухе. Все уставились на другой лимузин, въезжавший в ангар.

Зловещая эмблема Вилдвудской академии растянулась на обоих его крыльях.

«Лимузины такие бесклассовые…» Зак был немного озадачен собственной мыслью. Он знал, что ему следует опасаться лимузина «Вилдвуд», похожего на скользкую змею, которая с шипением вползла в ангар. Но он ничего не чувствовал. Даже когда смотрел, как директор и его помощник Стамос Ледерман следуют из машины. Даже когда наблюдал, как четверо вооруженных людей выходят за ними и двое направляют свое оружие на подростков, а двое других – на людей, которым продал их Интеграл, – Хефе, Чеда и Бастиана. Но Зак ничего не чувствовал. Он лишь с любопытством отметил, что молодого, загорелого Бастиана, казалось, ничуть не тронула угроза смертельной стычки; хотя он и выглядел слегка смущенным прибытием неожиданных гостей.

Директор, как и Бастиан, несколько смутился, увидев этих людей в ангаре. Затем он перенес свое внимание на подростков. Его взгляд остановился на Нике.

– Вы доставили мне много проблем, юная леди, – обратился он к ней.

– Не так много, как вы, – огрызнулась та.

Этот ответ напомнил Заку, почему она всегда так нравилась ему. Быстрые реплики. Храбрость. Непоколебимая доброта. Он пытался дотянуться до теплых чувств, которые испытывал к ней, но остался с пустыми руками. Он ощущал себя не плотью, а воздухом. Струящимся, пустым и бесчувственным.

Теперь он был только местью.

Его взгляд остановился на Квинне. Гарцующий ублюдок. Зак хотел бы рассказать Нике все, что узнал о нем. Только для того, чтобы удовлетворить свою ненависть.

Подчеркнуто медлительная, холодная речь директора вернула Зака к реальности.

– Как вам удалось имитировать свою смерть? – Его взгляд скользнул по потрепанным подросткам, изучая их с клинической точностью. – Как вы устроили автомобильную аварию? Где вы взяли тела?

Зак нахмурился. Какие тела? Почему директор думает, будто они подделали свои смерти?

Если только… Если только кто-нибудь не убедил директора, что они мертвы. Зак посмотрел на Стамоса.

– Ну, – гулко раздался в ангаре голос Квинна, – здесь, должно быть, какое-то недоразумение. Как видите, все мы ничуть не мертвы.

Директор игнорировал его реплику, как если бы это было жужжание мухи.

– Где моя записная книжка? – потребовал он.

– Почему бы вам не спросить у них? – качнула Ника головой в направлении Хефе и Бастиана. Голова директора медленно повернулась, и его глаза злобно прищурились, остановившись на отце и сыне.

– А это что за личности? – спросил он сердито.

Он снова посмотрел на Интеграла, Эмбер и Нику, а потом уставился на Зака.

– Зак, а ты что здесь делаешь? Я полагал, ты с Митчемом.